Нововведение в Исламе. Между двумя крайностями

Дорогие братья из Дагестана задали мне вопрос, связанный с выдумыванием различных намазов: о том, что люди выдумывают новые намазы, к примеру, намаз, совершаемый женщиной в связи с окончанием менструации, или намаз, связанный с посещением какого-то благочестивого вали, и другие. Таким образом, люди выдумывают себе различные намазы и приурочивают их к определённому времени и обстоятельствам, и всякий раз, когда наступает та или иная ситуация, они совершают намаз именно в честь этого события.

На самом деле для того чтобы ответить на этот вопрос, мы должны обратиться к теме новшества – его определения. Я начну с того, что новшество бывает трёх видов.

Первый вид – это такое новшество, относительно которого у учёных нет разногласий в том, что оно является заблуждением, иначе не было бы смысла в предостережении Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), который сказал: «Если ктото внесёт в это наше дело то, что не имеет к нему отношения, то оно будет отвергнуто». Также он сказал: «Каждое новшество заблуждение». Поэтому, несомненно, бывают такие нововведения, которые считаются заблуждением, искажением и отходом от религии Аллаха и являются наговором на Аллаха и Его Посланника (да благословит его Аллах и приветствует). Относительно этого учёные единогласны, не важно, какие – будь то учёные, которые подразделяют новшество на пять видов – то есть новшество подпадает под одно из пяти имеющихся постановлений Шариата. Следовательно, новшество бывает обязательное, желательное, дозволенное, нежелательное и запретное. Эти учёные – разделяющие новшество на пять видов, такие, как имам Иззуддин ибн Абдуссалам, имам ан-Навави, хафиз Ибн Хаджар и многие другие, их на самом деле множество – пришли к мнению, что новшество может подпадать под одно из пяти постановлений Шариата.

Эта группа учёных, подразделяющих новшество на пять видов, говорит, что новшество бывает и порицаемым. То есть порицаемое новшество – либо запретное, либо нежелательное. И та группа учёных, которая не разделяет новшество на виды, говорит, что всякое новшество порицаемо. Получается, что две группы ученых согласны в том, что новшество может быть порицаемым, и в этом между ними нет разногласий.

Другое же дело – вопрос о новшествах, относительно которых учёные единогласно считают, что они не являются ни запретными, ни нежелательными, такие действия принимаются и считаются хорошими, даже если и расходятся в названиях. То есть, к примеру, второй азан, который ввёл в практику Усман. Этого не делал ни Пророк (да благословит его Аллах и приветствует), ни Абу Бакр, ни Умар, а ввёл его Усман. Это дело было новым, а религия была уже завершена, так как Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) уже умер и перешёл из этого мира в мир вечный. Религия завершена. И Аллах в Коране сообщил: «Сегодня Я завершил [ниспослание] вам вашей религии и довёл до конца Мою милость». Это дело, которое ввёл Усман, было новым деянием в религии. Некоторые называют его благим новшеством, другие называют хорошим обычаем и говорят, что они не называют это новшеством. Почему? Потому что Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Придерживайтесь моей сунны и сунны праведных халифов». А Усман – один из праведных халифов, поэтому мы не называем его действие новшеством, а говорим, что это принимаемое действие. Здесь нет проблем. И вот, это действие, которое не совершал Пророк (да благословит его Аллах и приветствует), не совершали некоторые праведные халифы, нововведение, которое ввели после того, как Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) не стало. Это деяние учёные называют принимаемым – в том смысле, что оно не является запретным. Усман не совершил запретное или порицаемое действие, и сподвижники признали его, а сподвижники не могли единогласно принять заблуждение.

Поэтому и эта часть принимается. Значит, так: есть новшества, которые порицаемы единогласно всеми учёными, и есть такие, которые принимаются единогласно всеми учёными, они расходятся лишь в описании этого действия, называя его «благим новшеством» или же «хорошим обычаем». Таких примеров можно привести большое количество помимо действия Усмана (да будет доволен им Аллах).

Есть поклонения, которые практиковали учёные, жившие после Пророка. Вот, к примеру, имам Ахмад ибн Ханбаль (да смилуется над ним Аллах) совершал за ночь 300 ракаатов. Это был имам, придерживающийся сунны, имам ахлю-сунна валь-джамаа. Никто из учёных не сказал, что он ввёл новшество. И никто не сказал, что, совершая по ночам 300 ракаатов намаза, он стал нововведенцем, несмотря на то, что он совершал ограниченное количество ракаатов – именно 300, чего не было ни в сунне Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), ни в сунне праведных халифов. Но он видел, что был способен на это, и делал столько, сколько мог, столько, сколько было ему под силу усердствовать в поклонении. Затем, после того как он принял участие в смуте, связанной с вопросом сотворённости Корана, он ослаб, из-за чего сократил ракааты до ста пятидесяти. Об этом можно прочитать в книгах по жизнеописанию учёных, в которых имеется биография имама Ахмада ибн Ханбаля.

Значит, это принимаемое действие. И как мы его назовём? Благим новшеством? Можно так. А если кому не нравится называть так, то имеет право, пусть не называет. Важно то, что имам Ахмад ибн Ханбаль не является нововведенцем, коротко говоря, имам Ахмад – не нововведенец. А как мы назовём это деяние? Это дело суждения, мы можем расходиться во мнениях, а можем сойтись.

Важно, есть такие нововведения, которые не порицаемы, и есть такие, которые представляют собой объект дискуссий. То есть существуют новшества, которые единогласно запретны, и есть деяния, введённые позднее, но, по единогласному мнению учёных, не являются запретными.

И есть третий вид – это такие, относительно которых среди учёных есть разногласие. Есть такие учёные, которые нашли этому действию основание в шариате, общее указание из Корана и сунны, обнаружили его соответствие правилам Шариата и решили, что это деяние является приемлемым. И есть такие учёные, которые посчитали его противоречащим Шариату, сочли запретным и предостерегали от него.

Третий вид нововведений является объектом разногласий среди учёных. К чему же мы приходим? К тому, что необходимо признаться, что существуют порицаемые новшества и нельзя мусульманину практиковать их. И что среди этих новшеств есть те, которые касаются именно вероубеждения, и есть те, которые касаются именно фикха.

Вопрос, который задавали братья – это вопрос введения новых поклонений в религию. Допустим, человек любит выходить из дому только в состоянии омовения, и каждый раз, прежде чем выйти, совершает два ракаата. Эти два ракаата он совершает для того, чтоб его желание осуществилось, чтобы дела пошли легко – как бы для бараката его поездки, в этом нет проблем. Наоборот, это установлено Пророком (да благословит его Аллах и приветствует). Или человек, например, навещает различных учёных и не обращает внимания, в состоянии омовения он находится или нет, но есть определённый учёный, которого он посещает только с омовением, и этот посетитель сделал это для себя как бы правилом, обычаем. Спрашиваем его – пусть братья обратят на это внимание – спрашиваем его, почему он так поступает? Он говорит: «Этого учёного я почитаю больше, чем остальных, и он для меня – познавший Аллаха, чьи дела соответствуют его знаниям. Так как у меня особое отношение к нему, я хочу видеться с ним в лучшем состоянии».

Нет сомнений, что Шариат побуждает пребывать в благочестивых местах в омовении, и я совершаю омовение с таким намерением. У меня нет намерения добавить в религию то, чего в ней нет. Я не говорю, что согласно религии желательно совершать омовение именно с целью посещения кого-то, я не приписываю такое деяние религии. Совершение омовения для посещения учёного я отношу к действиям религии в том плане, что религия в целом побуждает к совершению омовения. А собрания праведников, учёных – это благородные, благословенные места, и мне нравится быть в таких местах в состоянии омовения. Мне досталась доля быть проповедником, я руковожу молитвами, будучи имамом, и поэтому бываю в лучшем состоянии, совершая омовение и другие гигиенические действия, но я не говорю, что это предписано в шариате. И я не говорю, что за совершение омовения перед посещением учёного даётся особая награда. Коротко говоря, я не утверждаю то, что не установлено в религии – ни убеждения, ни физические действия. Я не заявляю о награде или наказании за что-то, если такого решения нет в религии. Моё омовение – это действие, которое Аллах побуждает совершать, поэтому я его совершаю. Но в одних случаях я проявляю в этом особое усердие, в других – нет. В этом нет ничего порицаемого. Вытекает ли из моих слов, что дело зависит от намерения?  Ответ: да. «Поистине, дела [оцениваются] только по намерениям, и, поистине, каждому человеку [достанется] только то, что он намеревался [обрести]», – так говорится в хадисе.

Но когда этот человек говорит: «Я навещаю этого учёного, и мне по шариату велено совершать омовение для этого визита, и совершить омовение по этому случаю лучше, чем совершить омовение для двух ракаатов намаза», и т.д., он вводит новые правила для посещения учёного, он вносит новые источники наград и достоинств, которые гласят, что этого учёного не следует посещать, не сделав омовение. Такой человек устанавливает новый шариат, он выдумывает новый закон. Нет. Нам этого не нужно. У нас есть закон Аллаха, и его нам вполне хватает. У нас есть сунна Посланника Аллаха, её достаточно нам. Поэтому такие убеждения – это порицаемые новшества, по единогласному мнению. Говоря «по единогласному мнению», я имею в виду, что если бы учёные через призму научных правил посмотрели бы на омовение, которое совершается с целью, которую преследовал тот человек, то единогласно сказали бы, что он является нововведенцем, ибо вносит в религию то, чего в ней нет.

Если бы он не преследовал такое намерение при омовении, то в этом деянии не было бы порицания, и это не считалось бы новшеством, как мы говорили об этом ранее.

Если люди вводят новую молитву, например, когда женщина совершает два ракаата после очищения от менструации и на вопрос «Почему ты совершаешь два ракаата после менструации?» отвечает: «На это нет причин. Намаз дозволен в любое время, и я просто совершила его, потому что скучала по намазу. Я была лишена возможности совершать его в течение недели или больше, и когда очистилась, захотела совершить омовение и намаз в два, четыре или больше ракаатов», то в этом нет ничего запретного. Наоборот, она совершила хорошее, похвальное дело и принесла себе пользу. А если же она говорит, что в шариате и религии Аллаха установлена желательность совершения намаза после очищения от менструации, называет этот намаз двумя ракаатами в честь очищения от менструации и говорит: «В религии Аллаха установлено совершать два ракаата по очищении от менструации», то такая женщина выдумывает религию. У нас нет нужды в новой религии, мы не нуждаемся в том, чтобы выдумывать новые правила. У нас есть религия Аллаха, а такие убеждения – это новаторство в религии, новшество, и это не является поклонением. То же самое я скажу обо всех внесённых в религию действиях. Человек может совершать какие-то формы, обряды и определённые поклонения.  

Один из сподвижников посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), совершая намаз, как и все сподвижники, читал суру аль-Фатиха, затем какую-нибудь другую суру и, не ограничиваясь этим, после неё читал ещё и суру аль-Ихляс. Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) ограничивался одной сурой после аль-Фатихи, все сподвижники ограничивались одной сурой, а этот сподвижник – нет. После суры он читал ещё и аль-Ихляс. Или ты читаешь суру аль-Ихляс, или читаешь что-то другое, [но не обе]. И те, кто молился за ним, упрекнули его за это, и он ничем не ответил им. Они сообщили о нём Пророку, и Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) позвал его и спросил: «Что побудило тебя на это?» Этот вопрос он задал, так как хотел узнать причину, по которой тот поступал так. Он ответил: «О посланник Аллаха, ничто меня не побудило, только вот в этой суре упоминаются описания Аллаха, и я люблю её». И Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) обрадовал его тем, что он войдёт в Рай благодаря своей любви к этой суре, потому что он ничего не внёс в религию, он ничего лишнего в неё не внёс. Почему он читал всегда только суру Ихляс? Просто потому, что любил её. Вот и всё. Он читал её из любви к ней, у него не было убеждения, что он получит за это что-то, о чём не было сказано в шариате. Но если кто-то скажет: «В шариате указано, что в первый день Мухаррама – первого месяца лунного года согласно всем мусульманам – между обеденным и послеобеденным намазом, примерно в два часа дня нужно совершить три ракаата намаза, в каждом ракаате прочитать суру Фатиха и десять раз – суру Ихляс. В первом ракаате – десять раз, во втором ракаате – девять раз, в третьем ракаате – восемь раз, и в четвёртом ракаате – семь раз. И того, кто совершит этот намаз в первый день лунного года, Аллах будет оберегать весь оставшийся год. Кто совершит этот намаз в первый день года, того Аллах будет оберегать в течение всего года, тот получит тысячу благодеяний, тому простится тысяча плохих деяний, и тот будет в числе тех, кто первым войдёт в Рай». Что это такое?! Это клевета на религию. Это ложь, возведённая на Аллаха и на Его посланника. Это искажение религии. Это издевательство над шариатом. Это большая наглость оболгать Аллаха и Его посланника. Такие люди выдумывают религию, они не довольствуются религией Мухаммада (мир ему и благословение Аллаха). Я сурово оскорбил этими словами каждого, кто верит таким лживым вещам, однако он заслужил это оскорбление. Такие люди измышляют для людей новую религию с новым законом, отбрасывая в сторону религию Аллаха. Никто не имеет права вводить какие-то намазы, обряды, действия, не установленные в шариате.

Задача наставника заключается в том, чтобы привести людей к повиновению Аллаху. Его задача заключается в том, чтобы наставить людей к тому, чтоб они придерживались Книги Аллаха и сунны Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Его задача подбирать соответствующее лечение для больных. Есть некий человек, в котором проявляется гордость. Говоришь ему: «Повторяй такую-то суру столько-то раз. Читай аят «А рабами Милостивого являются те, которые ступают по земле смиренно, а когда невежды обращаются к ним, они говорят: «Мир!«», читай этот аят сто раз». Почему ты так поступаешь, о наставник? Потому что этот аят напоминает о смиренности, подавляет чувство гордости, и чтение этого аята оставляет след в сердце такого человека. Чем больше повторяешь, тем сильнее оно утверждается в тебе, чем больше повторяешь, тем твёрже оно держится в тебе. Это хорошо, в этом нет упрёка.  Он не говорит, что такая практика установлена в шариате. Дело благое. С чего взяли, что благое? С того, что шариат велит совершать благое и велит остерегаться зла, призывает к порядочности, запрещает пороки. А этот наставник идёт как раз этим путём, этот учёный, проповедник идет путём, на котором пытается исправлять тех, кто желает приблизиться к Аллаху. В этом нет ничего дурного.

Но представь, если бы наставник сказал (конечно, на самом деле он такого не скажет, но допустим), что есть некий учёный, которого считают наставником, и он говорит своему ученику: «Я велю читать этот аят сто раз, ибо за это полагается тысяча наград, стирается тысяча грехов, запишется миллион благих дел, сотрётся столько-то грехов, чтение этого столько-то раз станет причиной этого и того». Если он так говорит, то он выдумывает новый закон, придумывает благодеяния и вознаграждения за них. Тем самым он сошёл с пути истинного наставничества, который проложили истинные учёные и праведники. Поэтому учёные сказали, что те, кто выносит решения касательно вопросов поклонения, выносят решения о запретном и разрешённом, о том, какие действия действительны, а какие аннулируются. Так какие учёные могут этим заниматься? Учёные, обучающие людей Исламу. Учёные, которые достигли в фикхе самых вершин. Учёные, которые обучают основам фикха. Учёные, познавшие пути вынесения шариатских решений. Они достойны выносить постановлениях о вещах. Поэтому множество учёных ставят условие, что наставник должен достичь в знаниях шариата самых высот.

И многие крупные имамы тасаввуфа говорили: «Всё, что будет исходить из уст людей, я приму, только если это подтвердят два справедливых свидетеля – Коран и сунна». И ещё говорили: «Этот наш путь построен на Коране и сунне, кто не имеет знаний о Коране и сунне, к тому нет доверия на этом пути». И приводили другие высказывания о тасаввуфе Джунайда аль-Багдади, аш-Шибли и других имамов. Поэтому имам, большой суфий Ахмад Заррук в своей книге «Правила тасаввуфа» и в других книгах выдвинул к наставникам строгие требования и предупредил их, приведя историю сурового гонения некого суфия, который не соблюдал правила науки и познания и стал говорить всё, что угодно. Имам решил, что это начало отклонения и заблуждения, поэтому нужно предостерегать от него.

Поэтому учёные, которые познали шариатские постановления, установили мерила и формулы для сравнения. Если ты начал делать что-то новое, чего не делал Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) и не делали сподвижники, то проанализируй это при помощи Корана и сунны. Тот, кто вносит что-то новое и анализирует, должен быть знающим, иметь понимание в религии. Предоставь своё дело Корану и сунне. Если это дело, которые мы посчитали новшеством – то есть этого не делал ни Пророк (да благословит его Аллах и приветствует), ни сподвижники – по условиям шариата соответствует обязательному, то оно будет обязательным. Если по условиям шариата оно соответствует желательному, то будет желательным. Если соответствует дозволенному, то будет дозволенным. Мы выносим решение о какой-либо вещи посредством весов Шариата, а не посредством весов сказавшего. Дескать, такой-то сказал – принимается, такой-то сказал – не принимается. Нет, это не весы шариата, шариат так не оценивает. Весы шариата – это научные правила, которые признанные шариатские учёные применяют для оценки того иного деяния и вынесения о нем постановления. Это путь сохранения шариата, соблюдения его рамок и отдаления от пути отклонения и заблуждения.  Люди впали в две крайности: одни считают новшеством всё подряд, несмотря на то, что у некоторых деяний есть основа, к которой можно обратиться (к ним относятся современные салафиты, или новые захириты), другие считают хорошим всё подряд (в эту категорию входят те, кто относит себя к тасаввуфу). Ни те, ни другие не придерживаются пути учёных. Ни та, ни другая позиция не является правильной. Истина между ними.

Пусть Аллах даст тауфик нам и остальным мусульманам держаться за крепкую вервь и идти к тому, что любит Аллах и чем Он доволен. Хвала Аллаху, Господу миров.

Похожие материалы