От чего отказался в конце жизни имам аль-Газали?

Наверное, нет необходимости рассказывать о том, кто такой имам аль-Газали, рахимахуллах, и какое он занимает место в исламском мире. Одно то, что учёные прозвали его «худжат уль ислам» («довод Ислама») и причислили его к обновителям религии в пятом столетии, достаточно, чтобы понять значение этого великого учёного.

Многим заблудшим не по душе положение, которое занимает аль-Газали, рахимахуллах, и его влияние на умы мусульман. Чтобы опорочить мыслителя, они начинают сочинять статьи, полные домыслов и лжи. Особенно усердствуют в этом последователи Ибн Абдуль-Вахаба.

Более хитрые понимают, что порочить альГазали, рахимахуллах, непродуктивно, так как любой здравомыслящий человек, несомненно, задастся вопросом: кто такой Газали, рахимахуллах, и кто пытается его опорочить? Поэтому они выбирают другую тактику. Они стараются представить дело так, что учёный в конце жизни якобы раскаялся в своих «ошибочных» взглядах и принял взгляды этих заблудших.

Но когда читаешь подобные аргументы, диву даешься, насколько они примитивны. Для примера приведу отрывки из статьи «Шейх Абу Хамид аль-Газали в конце жизни».

Начинается она такими словами: «Мало кому известно, что шейх Абу Хамид аль-Газали (да смилуется над ним Аллах) в конце своей жизни крайне изменил свои взгляды по ряду принципиальных вопросов в акыде [вероубеждениях]».  

Об этом не то что «мало кому», об этом никому неизвестно. И то, что автор преподносит как факт, всего лишь вымысел, который не имеет под собой оснований. И доказать это не составляет никакого труда. Имам Аль-Газали, рахимахуллах, сам не раз подробно описывал свой жизненный путь и свои взгляды, и лучше, думаю, поверить  ему, чем знатокам несуществующих «малоизвестных» фактов.

Идём дальше. Автор пишет: «Если на протяжении многих лет он призывал к каляму, тасаввуфу, трансу, фана и т. п., то в конце жизни выражал трезвое «нет» всему, что противоречит тем делам и словам праведных предков — сахабов, табиинов и имамов».

Общеизвестно, что аль-Газали, рахимахуллах, был ашаритом и суфием. Из слов автора статьи следует, что аль-Газали, рахимахуллах, в конце жизни якобы отказался от следования аль-Ашари и от суфизма. Чем же автор статьи аргументирует свои догадки?

В этой статье мы рассмотрим отношение аль-Газали, рахимахуллах, к суфизму. О вероубеждении (акыда) аль-Газали, рахимахуллах, мы поговорим в другой статье.

Прежде, наверное, уместно привести определение тасаввуфа, данное самим аль-Газали, рахимахуллах.

Что есть суфизм в понимании аль-Газали, рахимахуллах? Вот некоторые отрывки из его книги «Избавляющая от заблуждения», где аль-Газали, рахимахуллах, описывает путь суфиев и своё вступление на этот путь: 

«Далее, покончив с этими науками, я устремил своё вни­мание на путь (тарикат) суфиев. Я узнал, что их путь (тарикат) в совершенном своем виде включал и теорию, и практику. Суть их практики заключалась в том, что они до сих пор занимались искоренением страстей души и освобождением себя от её дурных наклонностей и порочных свойств, пока не добивались таким образом очищения сердца от иных мыслей, кроме как о Всевышнем Аллахе, и украшения его поминанием Аллаха. Теория суфиев оказалась для меня более лёгкой, чем их практика».

Аль-Газали, рахимахуллах, изучает книги известных суфиев и, чтобы очистить душу от всего порицаемого, покидает Багдад и проводит долгие годы на чужбине. Он всецело посвящает себя служению Аллаху и проводит дни и ночи в размышлении и поминании Аллаха. И то, что таким образом было приобретено, он описывает так:

«…И так продолжалось у меня десять лет. В течение этих лет уединения передо мной раскрылись вещи, которые невозможно ни перечислить, ни разобрать. Для пользы дела я упомяну лишь вот о чём. Для меня стало совершенно достоверным, что теми, кто идет по пути Всевышнего Аллаха, являются именно суфии, что их образ жизни — наилучший образ жизни, что их путь — наилучший путь и что их нравы — наичистейшие нравы. Я могу сказать больше. Если бы собрать воедино разум разумных людей, мудрость мудрецов и знание знатоков божественного закона с тем, чтобы они хоть что-то изменили в образе жизни и нравах суфиев с целью внести в них хоть какое-нибудь улучшение, они не знали бы, как это сделать. Ибо все дела и поступки суфиев, все их тайные и высказанные помыслы имеют своим источником свет, исходящий из Ниши Пророчества, а на земле нет иного света, которым могли бы руководствоваться люди, кроме света пророчества».

Подробно качества и состояние истинных суфиев аль-Газали, рахимахуллах, описывает в знаменитой книге «Возрождение наук о религии».

Возникает вопрос: так от чего же отказался аль-Газали, рахимахуллах, и чему он сказал, как пишет автор статьи, «твёрдое «нет» в конце жизни? Познанию Аллаха? Богобоязненности? А, может, он отказался от любви к Аллаху? И к чему же он вернулся? К тому низменному состоянию души, которым обладает тот, кто не вступил на этот путь?!!! Воистину, лишь полнейший невежда может утверждать такое. И только такие же невежды могут поверить в подобную чушь.

Я бы хотел задать автору статьи и ему подобным такой вопрос. В четвёртой части книги «Возрождение наук о религии» аль-Газали, рахимахуллах, описывает качества и состояния, которыми должен обладать суфий, и то, как достичь этих состояний и приобрести эти качества. От каких же именно качеств отказался аль-Газали, рахимахуллах, и по какой причине? Не думаю, что разумный человек найдет хоть одно качество, от которого можно было бы отказаться.

Я искал, чем же аргументируют авторы подобных сочинений свои утверждения. Единственным «аргументом» оказалось то, что некоторые историки сообщают, что в конце жизни аль-Газали, рахимахуллах, проявлял усердие в изучении хадисов.

Автор статьи пишет: «Многие учёные передавали, что аль-Газали в конце своей жизни отошёл от своих прежних убеждений и вплотную занялся изучением хадисов и посещением маджлисов учёных хадиса, из них: его ученик Абдуль-Гафир аль-Фариси (да смилуется над ним Аллах) говорил: “То, чему он посвятил свои последние дни, было увлечение хадисом Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) и посещение маджлисов Аxль аль-Хадис, чтение двух Сахихов — аль-Бухари и Муслима, которые являются “худжой” (доводом) Ислама».

Как можно  утверждать, что аль-Газали, рахимахуллах, отрёкся от суфизма лишь потому, что придавал в конце жизни большое значение изучению хадисов?!

Видимо, подобные «аналитики» не знают, что очень многие великие мухаддисы были суфиями. Возьмём, к примеру, имама Навави или Такиюддина Субки, рахимахумуллах. С детских лет они уделяли большое внимание изучению хадисов и достигли в этом больших успехов. Их считают предводителями  мухаддисов и факихов своего времени.  И, несмотря на это, они были суфиями. Удивительно, как взбрело автору статьи  в голову, что изучение хадисов  свидетельствует о том, что человек отошёл от суфизма.

С другой стороны, аль-Газали, рахимахуллах, был крупнейшим факихом, подобных которому вряд ли можно было найти в его время. Это значит, что он прекрасно разбирался в вопросах Шариата, то есть в вопросах дозволенного и запретного.

Я бы ещё мог понять, если бы человек, не разбирающийся в фикхе, но изучивший, допустим, некоторые сборники хадисов, отказался от своих умозаключений после ознакомления с выводами крупнейших факихов – например, имама аш-Шафии, рахимахуллах. Но что нового в вопросах дозволенного и запретного может узнать человек, который разбирается хорошо в правовых заключениях крупнейших ученых, знавших наизусть сотни тысяч хадисов, ежедневно читавших Коран от начала до конца в намазе, знакомых практически со всеми имеющимися  мнениями по аятам и хадисам сподвижников и табиинов а также последующих учёных, владевших в совершенстве арабским языком? Разве не глупо предполагать, что учёный — один из крупнейших специалистов по праву шафиитского мазхаба — поменял взгляды по каким-то правовым решениям лишь потому, что, допустим, выучил наизусть сборники Бухари и Муслима, рахимахумуллах?

Что касается термина «фана», то под этим термином подразумевается состояние, которого достигает верующий, всецело поглощённый поминанием Аллаха. Он может забыть на определённое время обо всём, кроме Аллаха. Это и есть состояние «фана».

Одно дело — дать объяснение этому словами, а совсем другое — самому испытать подобное состояние. Это всё равно что описать вкус мёда и самому попробовать мёд. Аль-Газали, рахимахуллах, несомненно, испытал подобное состояние.

Спрашивается, каким образом можно представить отказ от «фана»? Это всё равно, что попробовать мёд, ощутить сладость во рту, а потом отрицать её существование! Разве это не чушь? Как вкусивший мёд ощущает сладость во рту, так и тот, кто посвятил себя всецело поминанию Аллаха, испытывает состояние «фана». И я не знаю, от чего тут можно отказаться.

Поэтому, прежде чем утверждать что-либо, я бы посоветовал авторам подобных статей получше ознакомиться с наукой, которую они обсуждают и которую по своему незнанию отрицают. 

Похожие материалы