Ибн Таймия и его противоречие саляфам

Представляем вашему вниманию опровержение шейха Ибн Таймии авторства саудовского шейха Хатима аль-‘Авни. Аш-Шариф Хатим ибн ‘Ариф аль-‘Авни – саудовский шейх, специализирующийся в области хадиса. Ранее он придерживался псевдосаляфитских-ваххабитских убеждений, но по милости Аллаха отошёл от них. Он известен критикой призыва Мухаммада ибн Абдуль-Ваххаба. Нам неизвестно, во всех ли вопросах шейх аль-Авни перешёл в Ахлю-Сунна, однако в вопросе атрибутов Аллаха он покинул таймиитскую акыду и перешёл к методике Ахлю-Сунна.

Пример из книги Ибн Таймии, который привёл шейх, в очередной раз демонстрирует антропоморфистский подход Ибн Таймии к пониманию Сущности Творца, а также показывает его противоречие саляфам, к пониманию которых он себя приписывал.

Итак, шейх Хатим ибн ‘Ариф аль-‘Авни пишет:

«Некоторые имамы сунны дали аллегорическое толкование хадису Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) о площадях стояния:

وتَبْقَى هذه الْأُمّةُ فيها مُنَافقُوهَا ، فَيَأْتيهِمْ الله في غيْرِ الصُّورةِ التي يَعْرفُونَ ، فيقول : أنا ربُّكُمْ ، فيَقُولُونَ : نعُوذُ باللَّهِ منْكَ ! هذا مكَانُنَا ، حتى يَأْتيَنَا ربُّنَا ، فإذا أتَانَا ربُّنَا عرَفْنَاهُ . فَيَأْتيهِمْ الله في الصُّورةِ التي يَعْرفُونَ ، فيقول : أنا ربُّكُمْ ، فيَقُولُونَ : أنت ربُّنَا ، فيَتْبَعُونَهُ

“Останется эта община, и в ней будут лицемеры. Затем Аллах явится к ним в том образе, который они будут знать, и скажет: «Я ваш Господь!», а они ответят: «Прибегаем к защите Аллаха от тебя! Мы будем оставаться на своих местах, пока не явится к нам наш Господь, а когда Он придёт к нам, мы узнаем Его!». Затем явится Аллах к ним в образе, который будет им известен, и скажет: «Я ваш Господь!», а они ответят: «Ты наш Господь!» и последуют за ним”». («Сахих» Муслима)

Имамы сунны при толковании этот хадиса говорили, что изменения произойдут во взгляде смотрящих, а не в качествах Творца? Велик Он и Возвышен!

Шейх уль-Ислам ибн Таймия  передал это аллегорическое толкование и понимание, вышедшее за рамки прямого смысла, от таких имамов сунны, как ибн Аби Асым и имам ад-Дарими в своем опровержении на аль-Мариси. Шейх уль-Ислам ибн Таймия опроверг такое толкование, переданное от них, и сказал, что оно ложно. Он аргументировал свои слова следующими доказательствами.

В книге «Баян тальбис аль-джахмия» (7/146) Ибн Таймия сказал:

الوجه السابع : أن هذا المعنى إذا قُصد كان مقيدًا بالرائي ، لا بالمرئي ، مثل قوله {وَإِذْ يُرِيكُمُوهُمْ إِذِ الْتَقَيْتُمْ فِي أَعْيُنِكُمْ قَلِيلًا} [الأنفال 44] فقيد ذلك بأعين الرائين ، يُقال : كان هذا في عين فلان رجلاً فظهر امرأة ، وكان كبيرًا فظهر صغيرًا ، ونحو ذلك . لا يقال : جاء فلان في صورة كذا ، ثم تحول في صورة كذا ؛ ويكون التصوير في عين الرائي فقط ، هذا لا يُقال في مثل هذا أصلا

«Седьмая сторона в том, что если бы подразумевался этот смысл, то он был бы обусловлен смотрящими (на Господа), а не тем, на кого смотрят. Как сказал Аллах: “И Он [ваш Господь] показал их вам малочисленными, когда вы встретились” (Коран, 8:44). Он обусловил это взглядом смотрящих. Арабы также говорят: “Этот человек показался в глазах такого-то мужчиной, но на самом деле это была женщина”, или “Он был в глазах его большим, а затем выяснилось, что на самом деле он был маленьким” и тому подобное. Но арабы не говорят: «Некий человек пришёл в одном облике, затем перевоплотился в другой облик, а значит перевоплощение произошло во взгляде (глазах) смотрящего и только”! Про подобные вещи так вообще не говорят».

Здесь я ограничусь обсуждением этой аргументации, построенной на лингвистических ошибках. Шейх уль-Ислам говорит, что когда ты утверждаешь, что превращение произошло только в глазах смотрящих, а не с вещью, на которую смотрят, то согласно правилам арабского языка неправильно будет сказать: «Некий человек пришёл в одном облике, а затем перевоплотился в другой облик»; необходимо, чтобы эта вещь изменилась по-настоящему. Кроме случая, когда говорящий ясно даст понять, что имеется в виду изменение в глазах смотрящего!

Но такая аргументация – логическая ошибка, именуемая предвосхищением основания (она состоит в том, что в качестве аргумента используется утверждение, обоснование которого неявно предполагает истинность тезиса – прим. пер.). Это суждение не имеет под собой оснований!

Что же помешает арабу сказать:

جاءنا الجيش في صورة الجبال عظما عند إقباله ، ثم أدبر في صورة الذَّرّ ذلا عند انهزامه

«Пришли к нам войска в облике гор, будучи великими при наступлении, а затем обернулись в бегство в облике пыли при поражении»?

Услышавший это поймёт, что это превращение произошло в глазах смотрящих, а не с самим войском, на которое смотрят, потому что на это указывает здравый смысл, а именно: войско не может превратиться в пыль по-настоящему.

Почему же шейх уль-Ислам ибн Таймия запрещает использовать такой метод (изъяснения)? Он свойствен арабской речи, потому что он верен согласно грамматике, лексике и словопостроению. И арабы без какой-либо неясности понимали то, что под этим имел в виду говорящий. Арабы не находили в таком методе какой-либо несуразицы или ошибки.

Проблема его способа аргументации в том, что он нуждается в ещё более ранних примерах из речи арабов. Никто не следует этому (виду аргументации), не следует ему и сам шейх уль-Ислам ибн Таймия. Достаточным объяснением ошибочности аргументации шейх уль-Ислама ибн Таймии будет то, что он противоречит имамам сунны. Например, тем, которых он упомянул: ибн Аби Асым (автор «Китаб ас-Сунна») и имам ад-Дарими, который посвятил всего себя опровержению джахмитов. И не только это.

В книге «Таухид» (с. 587) Ибн Манды (310–395 гг. х.) с достоверной цепочкой передаются слова Исхака ибн Иса ат-Тыба:

أتينا عبد العزيز بن أبي سلمة الماجشون برجل كان ينكر حديث يوم القيامة ، وأن الله تعالى يأتيهم في صورته . فقلنا : يا أبا عبد الله ، إن هذا ينكر حديث عبد الله في صفة يوم القيامة ، وما يأتيهم الله عزوجل فيه ، فقال : يا بني ، ما تنكر من هذا ؟ فقال : إن الله تعالى أجل وأعظم من أن يرى في هذه الصفة ، فقال : يا أحمق ، إن الله تعالى ليس يتغير عن عظمته ، ولكن عيناك يغيرهما ، حتى تراه كيف شاء ، فقال الرجل : أتوب إلى الله عزوجل ، ورجع عما كان عليه .

«Мы пришли к Абдуль-Азизу ибн Аби Саляму аль-Маджишун с человеком, который отрицал хадис о Судном дне, в котором говорится, что Аллах явится к людям в Своём образе. Мы сказали ему: “О Абу Абдулла! Этот человек отрицает хадис Абдуллаха об описании Судного дня! И отрицает, что в этот день к людям явится Всевышний и Великий Аллах!”. Он спросил: “О сынок! Что из этого ты отрицаешь?”, а он ответил: “Аллах Всевышний намного величественней и выше того, чтобы быть увиденным в таком образе!”, а тот сказал: “О глупец! Поистине, Аллах не меняется в Своём величии, однако меняет глаза (то есть взгляд смотрящих на Него) так, что они видят то, что Он захочет!”. Тогда этот мужчина сказал: “Я каюсь перед Великим Аллахом” и отказался от тех убеждений, которых придерживался до этого».

Абдуль-Азиз ибн Абдуллах ибн Аби Саляма аль-Маджишун (умер в 213 г. х.) был одним из крупных факихов Медины, последователем табиинов (то есть принадлежал к поколениям праведных предшественников). Люди в Медине провозглашали, что никто не имеет права выдавать фетву, кроме Малика ибн Анаса и Абдуль-Азиза ибн Аби Саляма!

Аль-Хаттаби дал такое же толкование, а ведь он был имамом в языкознании и являлся автором труда «Гариб аль-хадис», также такое толкование давал Абу Я’ля аль-Фарра – шейх ханбалитов и один из тех, кто полемизировал с ашаритами в своё времени.

С таким толкованием был согласен имам аль-Багави в книге «Шарх ас-сунна». Никто из них не считал, что такое толкование является ошибочным в арабском языке или что «в арабском языке неправильно так говорить», как выразился шейх уль-Ислам».

Источник: официальный канал шейха Хатима аль-‘Авни в Telegram

Похожие материалы