Аль-Харис Аль-Мухасиби

Имам Аль-Харис ибн Асад аль-Мухасиби родился приблизительно в 165 г. по хиджре в Басре. Тадж ад-Дин ас-Субки характеризует его следующим образом в «Табакат» (2/275):

علم العارفين فى زمانه وأستاذ السائرين الجامع بين علمى الباطن والظاهر

«Один из крупных учёных, познавших Аллаха (ариф), сочетавший в себе явные и глубокие знания (ильм аз-захир и ильм аль-батын)».

Говорят, что его прозвище Аль-Мухасиби произошло от слова «аль-мухасаба», что означает требование отчёта от себя, анализ собственных мыслей, слов и действий. В этом заключается указание на постоянную работу имама Аль-Хариса над собой.

Был ли аль-Мухасиби учеником аш-Шафии?

Одним из пунктов, в которых произошло расхождение, является вопрос, был ли Аль-Мухасиби непосредственным учеником аш-Шафии. Вызвано это расхождение тем, что устаз Абу Мансур, как передаёт Ибн ас-Салях, упомянул его в числе первой категории людей, сопровождавших (сухбат) аш-Шафии; при этом Ибн ас-Салях, передав эту точку зрения, отмечает, что не видел больше никого, кто говорил бы подобное. Более того, он склоняется к мнению, что есть множество обстоятельств, подтверждающих обратное. Тадж ад-Дин ас-Субки говорит, что другой учёный, Абу Асым аль-Аббади, сказал, что Аль-Мухасиби был современником аш-Шафии и избрал его мазхаб, но не называет его учеником имама аш-Шафии. Ас-Субки подводит итог, суть которого в том, что если устаз Абу Мансур под сопровождением имел в виду то, о чём сказал Абу Асым, то он прав, иначе ему следует возразить, так как Аль-Мухасиби не являлся учеником аш-Шафии.

Наставники аль-Мухасиби, его ученики, книги и некоторые достоинства

К числу наставников имама Аль-Хариса относятся Язид ибн Харун и другие учёные этого уровня. У самого Аль-Хариса учились такие учёные, как Абу аль-Аббас ибн Масрук, Ахмад ибн аль-Хасан ибн Абдуль-Джаббар ас-Суфи и другие, но, конечно, самым известным среди широких масс является шейх Джунейд (да помилует его Аллах). Касательно трудов и работ Аль-Мухасиби имам Аль-Хатыб аль-Багдади сказал:

له كتب كثيرة فى الزهد وأصول الديانة والرد على المعتزلة والرافضة

«Его перу принадлежит большое количество книг об аскетизме, основах религии и опровержении мутазилитов и рафидитов». («Табакат»,2/276)

Тадж ад-Дин ас-Субки пишет в «Табакат» (2/276):

كتبه كثيرة الفوائد جمة المنافع وقال جمع من الصوفية إنها تبلغ مائتى مصنف

«Его книги очень полезны. Группа суфиев отмечает, что его авторству принадлежат 200 работ».

Устаз Абу Абдуллах ибн Хафиф[1] сказал: «Следуйте пяти шейхам (суфийским наставникам): Аль-Харису ибн Асаду аль-Мухасиби, Аль-Джунейду ибн Мухаммаду, Абу Мухаммаду Рувайму, Абу аль-Аббасу ибн Ата и Амру ибн Усману, потому что им удалось собрать и знания, и их истинную суть», — цитата передана с некоторыми незначительными в данном контексте сокращениями. Передаётся, что Джунейд рассказывал: «Я часто говорил Аль-Харису: «Уединение — моё наслаждение», — на что он отвечал: «Как часто ты  говоришь эти слова! Если бы одна половина творений приблизилась ко мне, а вторая отдалилась, то я не нашёл бы радости в первой из них, как не испытал бы печали из-за отдаления второй»».

Аль-Мухасиби и запретная еда

Джафар аль-Хульди также рассказывал, что Джунейд однажды поведал следующую историю: «Аль-Харис испытывал сильные затруднения. Как-то раз я сидел у нашей двери, а он проходил мимо меня, и я понял по его лицу, что из-за сильного голода он сейчас находится в ещё более тяжёлом положении, чем обычно. Я обратился к нему: «О дядя[2], было бы прекрасно, если бы ты зашёл к нам и поел что-нибудь!» Сказав это, я быстро направился к дому нашего дяди, у которого дом был просторнее, чем у нас, и у которого всегда была хорошая еда, которой не бывало у нас. Я принёс несколько разных блюд и поставил их перед Аль-Харисом; он протянул руку к еде, взял кусочек и положил в рот. Я увидел, что он жуёт её, но не глотает, после чего он вскочил и вышел, не сказав мне ничего.

Когда мы встретились на следующий день, я сказал: «Вчера ты меня сначала обрадовал, а затем огорчил». Он ответил: «Сынок, да, моя нужда была сильной, и я действительно старался съесть то, что ты дал мне, но между мной и Аллахом есть установленный признак: если еда не является дозволенной, мой нос отдаляется от неё с глубоким вздохом, и я не принимаю её. Я выбросил этот кусок еды у вас в коридоре»». В другом повествовании говорится, что когда он протягивал руку к еде, в дозволенности которой имелось сомнение, в его пальце пульсировала (дёргалась) вена, и он оставлял её. В этом нет абсолютно ничего странного и тем более – невозможного, так как вера в чудеса (карамат) праведников — одна из основ вероубеждения ахлю-сунна.

Аль-Мухасиби и его отец

Известно, что отец Аль-Мухасиби был рафидитом, и касательно этого момента из жизни имама передаётся ряд историй. Джунейд аль-Багдади рассказывал, что в момент, когда умер отец Аль-Мухасиби, он очень нуждался, и у него практически ничего не было. Отец оставил ему большое наследство, но имам не взял из него ни малейшей доли, сказав: «Представители двух разных религий не наследуют друг другу». Абу Али ибн Хайран передаёт, что однажды Аль-Харис посреди толпы, вцепившись в своего отца, говорил ему: «Разведись с моей матерью, ведь ты в одной религии, а она — в другой».

Анализ ас-Субки в отношении расхождения, произошедшего между имамами аль-Мухасиби и Ахмадом ибн Ханбалем

Имам Тадж ад-Дин ас-Субки пишет в «Табакат» (2/278):

أول ما نقدمه أنه ينبغى لك أيها المسترشد أن تسلك سبيل الأدب مع الأئمة الماضين وأن لا تنظر إلى كلام بعضهم فى بعض إلا إذا أتى ببرهان واضح ثم إن قدرت على التأويل وتحسين الظن فدونك وإلا فاضرب صفحا عما جرى بينهم فإنك لم تخلق لهذا فاشتغل بما يعنيك ودع مالا يعنيك ولا يزال طالب العلم عندى نبيلا حتى يخوض فيما جرى بين السلف الماضين ويقضى لبعضهم على بعض فإياك ثم إياك أن تصغى إلى ما اتفق بين أبى حنيفة وسفيان الثورى أو بين مالك وابن أبى ذئب أو بين أحمد بن صالح والنسائى أو بين أحمد ابن حنبل والحارث المحاسبى وهلم جرا إلى زمان الشيخ عز الدين بن عبد السلام والشيخ تقى الدين بن الصلاح فإنك إن اشتغلت بذلك خشيت عليك الهلاك فالقوم أئمة أعلام ولأقوالهم محامل ربما لم يفهم بعضها فليس لنا إلا الترضى عنهم والسكوت عما جرى بينهم كما يفعل فيما جرى بين الصحابة رضى الله عنهم. إذا عرفت ذلك فاعلم أن الإمام أحمد رضى الله عنه كان شديد النكير على من يتكلم فى علم الكلام خوفا أن يجر ذلك إلى ما لا ينبغى ولا شك أن السكوت عنه ما لم تدع إليه الحاجة أولى والكلام فيه عند فقد الحاجة بدعة وكان الحارث قد تكلم فى شيء من مسائل الكلام. قال أبو القاسم النصراباذى بلغنى أن أحمد ابن حنبل هجره بهذا السبب. قلت والظن بالحارث أنه إنما تكلم حين دعت الحاجة ولكل مقصد والله يرحمهما. وذكر الحاكم أبو عبد الله أن أبا بكر أحمد بن إسحاق الصبغى أخبره قال سمعت إسماعيل بن إسحاق السراج يقول قال لى أحمد بن حنبل بلغنى أن الحارث هذا يكثر الكون عندك فلو أحضرته منزلك وأجلستنى من حيث لا يرانى فأسمع كلامه فقصدت الحارث وسألته أن يحضرنا تلك الليلة وأن يحضر أصحابه فقال فيهم كثرة فلا تزدهم على الكسب والتمر فأتيت أبا عبد الله فأعلمته فحضر إلى غرفة واجتهد فى ورده وحضر الحارث وأصحابه فأكلوا ثم صلوا العتمة ولم يصلوا بعدها وقعدوا بين يدى الحارث لا ينطقون إلى قريب نصف الليل ثم ابتدأ رجل منهم فسأل عن مسألة فأخذ الحارث فى الكلام وأصحابه يستمعون كأن على رؤوسهم الطير فمنهم من يبكى ومنهم من يحن ومنهم من يزعق وهو فى كلامه فصعدت الغرفة لأتعرف حال أبى عبد الله فوجدته قد بكى حتى غشى عليه فانصرفت إليهم ولم تزل تلك حالهم حتى أصبحوا وذهبوا فصعدت إلى أبى عبد الله فقال ما أعلم أنى رأيت مثل هؤلاء القوم ولا سمعت فى علم الحقائق مثل كلام هذا الرجل ومع هذا فلا أرى لك صحبتهم ثم قام وخرج وفى رواية أخرى أن أحمد قال لا أنكر من هذا شيئا. قلت تأمل هذه الحكاية بعين البصيرة واعلم أن أحمد بن حنبل إنما لم ير لهذا الرجل صحبتهم لقصوره عن مقامهم فإنهم فى مقام ضيق لا يسلكه كل أحد فيخاف على سالكه وإلا فأحمد قد بكى وشكر الحارث هذا الشكر ولكل رأى واجتهاد حشرنا الله معهم أجمعين فى زمرة سيد المرسلين وعلى آله وأصحابه وسلم.

«Первое, с чего мы начнем — это то, что тебе, о ищущий прямое руководство, надлежит соблюдать благонравие и этику по отношению к ушедшим имамам и не обращать внимание на их взаимную критику, кроме тех случаев, когда один из них привёл ясный аргумент в подтверждение своих слов. Затем, если ты способен дать этому хорошее объяснение и думать об учёном хорошо, то так и поступи, в противном случае оставь подобное занятие, так как ты не сотворён для него — займись тем, что касается тебя, и оставь то, что тебя не касается. На мой взгляд, тот, кто изучает религиозные науки, не перестаёт быть благородным и почтенным, пока не начнёт копаться в том, что было между ушедшими учёными, и судить их.

Предельно остерегайся слушать о конфликте, произошедшем между Абу Ханифой и Суфьяном ас-Саури, Маликом и Ибн Абу Зибом, Ахмадом ибн Салихом и Ан-Насаи, Ахмадом ибн Ханбалем и Аль-Харисом аль-Мухасиби и так далее – вплоть до времён шейха Иззуддина ибн Абдуссаляма и шейха Такиюддина ибн ас-Саляха, а если ты нарушишь это предостережение, то я боюсь, что ты погибнешь, так как эти люди — великие имамы, их слова могут иметь такое значение, которое порой просто не было понято. Нам остаётся лишь просить у Господа довольства для них и молчать об их конфликтах, как мы молчим о произошедшем между сподвижниками (да будет доволен ими Аллах). Если ты понял это, то знай, что имам Ахмад (да будет доволен им Аллах) высказывал сильное порицание в адрес тех, кто занимается «калямом», из страха, что это приведёт к неподобающим вещам. Нет сомнения в том, что отсутствие разговоров об этой науке, если в том нет нужды, лучше, а если нужды нет вообще, то разговоры о ней есть новшество. Аль-Харис высказался о некоторых вопросах «каляма». Абу аль-Касим ан-Насрабази сказал, что до него дошла весть о том, что Ахмад ибн Ханбаль оставил Аль-Хариса по этой причине. Я, в свою очередь, говорю: я думаю, что Аль-Харис высказался из-за нужды в этом, и у каждого из них — своё намерение, своя цель, да помилует их обоих Аллах. Исмаиль ас-Саррадж рассказывал, что однажды Ахмад ибн Ханбаль сказал ему: «Я слышал, что Аль-Харис часто бывает у тебя. Было бы прекрасно, если бы ты привёл его к себе и посадил меня туда, где он меня не увидит, чтобы я послушал его речь». Исмаиль выполнил просьбу Ахмада: Аль-Харис пришёл со своими товарищами, а Ахмад уже был в одной из комнат и усердствовал в вирде (установленном количестве поклонения). Исмаиль рассказывает: «Аль-Харис помолился со своими товарищами, после чего все сели перед ним и просидели, не разговаривая, приблизительно до половины ночи. Затем один мужчина начал, задав вопрос Аль-Харису. Тот начал говорить, а его товарищи слушали так внимательно, будто на их головах сидели птицы: одни из них плакали, другие издавали жалобные звуки, а прочие кричали [из-за своего состояния]. Аль-Харис продолжал свою речь, а я отправился к Ахмаду, чтобы посмотреть, как он, и обнаружил, что он так сильно плакал [из-за слов Аль-Хариса], что потерял сознание. Я вернулся обратно, и они пробыли в таком состоянии до утра. Утром я поднялся к Ахмаду, и он сказал мне: «Я не думаю, что когда-то видел людей, подобных им, и слышал в науке об истине нечто похожее на слова этого человека, но я не считаю, что тебе следует быть с ними», — после чего он ушёл». В другой версии говорится, что Ахмад отметил: «Я не порицаю ничего из этого».

Поразмысли над этой историей и пойми, что Ахмад посчитал, что этому человеку не следует быть с Аль-Харисом и его товарищами, так как он (то есть Исмаиль) не достиг их степени, ведь они — на узкой тропинке, следовать по которой дано не каждому по причине страха за идущего по нему. Однако Ахмад плакал и поблагодарил Аль-Хариса подобным образом, и у каждого из них своё мнение и иджтихад. Да соберёт нас всех Аллах вместе с господином посланников, да благословит Аллах и приветствует его, его семью и сподвижников».

Смерть имама

Имам аль-Харис умер в 243 году в Багдаде. Аль-Хатыб аль-Багдади в книге «Тариху Багдад» (8/215) и Ибн ас-Субки в труде «Табакат аш-шафиия» (2/38) передают историю о том, что Аль-Харис, умирая, сказал присутствующим: «Если я увижу то, что мне понравится, то я улыбнусь вам, в противном случае вы всё поймёте по моему лицу», — после чего он улыбнулся и умер.

Абу аль-Хасан аль-Харави в своей книге «Аль-Ишарат иля марифати аз-зиярат» писал: «Его могила не была позабыта. Неподалёку от неё находится мечеть, которую называют мечетью Аль-Мухасиби»[3].

Некоторые высказывания Аль-Хариса аль-Мухасиби

1) Лучших представителей этой общины их следующая жизнь не отвлекает от ближней, как и ближняя – от следующей.

2) Тот, кто не поблагодарил Аллаха за Его милость, призвал её исчезновение.

3) Аскетизм каждого аскета зависит от уровня его познания, его познание зависит от уровня его разума, а его разум зависит от силы его веры.

4) Несправедливый будет сожалеть, даже если его хвалят люди, а притеснённый находится в безопасности, даже если люди ругают его. Довольствующийся малым богат, даже если голоден, а стремящийся к благам этого мира беден, даже обладая властью.

5) Благонравие — это терпение во время неприятностей, сдержанность гнева, проявление добродушия на лице и благая речь.

Некоторые из многочисленных работ аль-Мухасиби

Как было сказано выше, перу этого имама принадлежит большое количество книг. Шейх Абдуль-Фаттах Абу Гудда в биографии Аль-Хариса упоминает 23 из них:

1) «Ар-риая ли-хукуки ллях»;

2) «Ат-Таваххум»;

3) «Рисаляту аль-мустаршидин»;

4) «Рисаляту аль-васая»;

5) «Адаб ан-нуфус»;

6) «Шарх аль-марифа»;

7) «Баду ман анаба иля ллахи тааля»;

8) «Аль-масаиль фи аз-зухди ва гайрихи»;

9) «Аль-масаиль фи а’мали аль-кулуб валь джаварих».

Это только часть из них. Тот, кто желает ознакомиться с полным списком, может вернуться к работе шейха Абдуль-Фаттаха (да помилует его Аллах). Да благословит Аллах и приветствует нашего господина Мухаммада, его семью и сподвижников, а вся хвала принадлежит Аллаху!

 

[1] Имам аз-Захаби (да помилует его Аллах) сказал о нём в книге «Сияр а’лям ан-нубаля» следующее: «Этот шейх объединил знания и практику, краткость иснада (улюв ас-санад) и крепкое следование суннам. Ему была дарована долгая жизнь в подчинении Господу».

[2] Выражение, используемое арабами при обращении.

[3] См. биографию Аль-Мухасиби в комментарии Абдуль-Фаттаха Абу Гудда к «Рисаляту аль-мустаршидин».

Похожие материалы