Выдуманный хадис и его положение

 الحديث الموضوع«Аль-Хадис аль-мауду» (выдуманный хадис) в лингвистическом значении الملصق «мульсак» (приписанный). Арабы говорят: «Такой-то выдумал («وضع») в отношении такого-то то-то и то-то» («وضع»), то есть приписал («الصف»)».

В терминологическом значении это слова, которые выдумал кто-то из людей и приписал их Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует). [1]

Также считается лжецом тот, кто сочинил хадис умышленно, по забывчивости либо по ошибке, потому что ложь – это сообщение, которое не соответствует действительности.

Положение такого хадиса: учёные единогласно посчитали, что аргументировать таким хадисом и передавать его запретно, разве что для разъяснения его ложности, какой бы темы он ни касался, будь то раздел шариатских решений, раздел благопристойных поступков, раздел устрашения и побуждения либо же какой-то другой раздел мирских дел. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Кто солжёт обо мне умышленно, тот пусть приготовится занять своё место в Аду»[2].

Муслим во введении к своему сборнику (1/62) передал слова Самуры ибн Джундуб (да будет доволен им Аллах): «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Кто передаёт от меня хадис, в отношении которого есть подозрение («يرى» [«юро»]), что это ложь, то передающий – лжец («من الكاذبين» [«мин аль-казибин»])»».

Хафиз ибн Хаджар сказал в книге «Ан-Нукат аля мукаддима ибн Салях» (2/839): «Упомянутое в хадисе слово «يرى» означает «если предполагается, что хадис сочинённый». В слове «аль-казибин» две вероятности: либо это слово в двойственном числе («الكاذبيْن» [«аль-казибейн»]), либо же во множественном («الكاذبِين» [«аль-казибин»])».

Имам Хабиб ибн Абу Сабит сказал: «Кто передаёт ложь, тот лжец»; передал аль-Хатыб в книге «Аль-джами лиаглякир-рави» (1/136).

Ад-Даракутни сказал: «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) пригрозил огнём тому, кто лгал о нём после его веления передавать от него хадисы, и в этом заключается доказательство существования приказа передавать от него только достоверное, исключая слабое, а также истину, исключая ложное, а не передавать всё, что приписывают ему, потому что он (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Чтобы впасть в грех, человеку достаточно передавать всё, что он слышит»[3].

Затем. Тот, кто передаёт от Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) хадис, в достоверности которого сомневается, подобен лжецу, на основании его (да благословит его Аллах и приветствует) слов: «Кто передаёт от меня хадис, в отношении которого есть подозрение, что это ложь, тот один из (двух) лжецов»[4], ведь Пророк не сказал, что лжецом является только тот, кто уверен в лживости этого хадиса.

Из осторожности в этом вопросе праведные халифы и избранные сподвижники боялись растущего количества хадисов среди людей. Абу Бакр и Умар требовали от тех, кто передавал хадисы, о которых они не слышали, привести доказательство своих слов и предупреждали их о наказании за ложь, а Али требовал от передатчиков приносить клятву.

Некоторые мухаддисы из числа сподвижников и табиинов из предосторожности при передаче хадиса говорили после него: «или близкое к этому», «или подобное этому», «или похожее на это». Они поступали так из страха привнести что-либо в хадис или убавить от него по забывчивости или небрежности. Одним из тех, кто принимал такие меры предосторожности, был Абу Ханифа ан-Нуман ибн Сабит. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сообщил о том, что в последнее время среди его общины распространяются ложные и недействительные хадисы, и поэтому он предостерёг своих последователей от этого, страшась и предупреждая о гиблых людях: «В последнее время придут люди из моей общины, которые будут передавать вам такие хадисы, которые не слышали ни вы, ни ваши отцы, так берегитесь же и пусть берегутся они!», отсюда и пошло высказывание: «Цепочка передачи (иснад) из религии, потому что она предмет изучения муджтахидов»[5].

Хафиз Джалялуддин ас-Суюты сказал: «Учёные по хадису единогласны в том, что передача выдуманных хадисов не дозволяется, какой бы смысл они ни имели. Исключением является случай, когда нужно разъяснить ложность хадиса, но со слабыми хадисами дело обстоит иначе, потому что их передача дозволена в разделах, не связанных с шариатскими постановлениями или вероубеждением. Об этом твёрдо заявили имамы ан-Навави, ибн Джамаа, ат-Тайиби, аль-Булькыни и аль-Иракы»[6].

Хафиз Абу аль-Хаттаб ибн Даххыя сказал: «Берегитесь же, о рабы Аллаха, лжеца, который передает вам сочинённые хадисы, аргументируя им, пусть даже в пользу благого, однако благо будет только в деле, узаконенном Пророком (да благословит его Аллах и приветствует). Если же подтвердится, что данная передача лжива, то она перестаёт быть законной, а приводящий её в качестве аргумента будет тем, кто прислуживает дьяволу по причине использования хадиса, ложно приписанного к Пророку (да благословит его Аллах и приветствует) о котором у него нет никакого доказательства»[7].

В толковании к сборнику «Сахих Муслим» (1/70) о запрете передачи сочинённых хадисов для того, кто знает об их лживости либо догадывается о том, что они, вероятнее всего, лживые, и поэтому тот, кто передаёт некий хадис, зная о его лживости или же предполагая это, и не разъясняет ложность этой версии, тоже подпадает под угрозу, имам ан-Навави сказал:

«При запрете приписывать Пророку (да благословит его Аллах и приветствует) хадисы нет разницы между теми версиями, в которых упоминаются шариатские постановления, и между разделом устрашения и побуждения («ат-таргыб ват-тархиб»), проповедей и тому подобного. Всё это запрещено и является одним из самых больших грехов и самым мерзким поступком, по единогласному мнению мусульман, чьё мнение принимается в расчёт при составлении единогласия («аль-Иджма»)…» до его слов «установилось единодушное согласие сторонников закона о запрете лжи в адрес кого-либо из людей, что же говорить о том, чьё слово – шариат и чья речь – божественное ниспослание? Ложь о таком – ложь об Аллахе!».

Хафиз ас-Сахави в толковании «Альфии» имама аль-Иракы сказал:

«Ас-Саури передал слова Хабиба ибн абу Сабита, что тот, кто передаёт ложь, сам является лжецом, поэтому аль-Хатыб сказал:

«Мухаддис обязан не передавать лживые хадисы и сообщения, а если кто поступит так, то это обернётся для него явным грехом, и он войдёт в число лжецов. Однако это в том случае, если приводящий этот хадис не будет ничего разъяснять, например, уточнениями: «это ложная передача» или «недействительно» и тому подобными выражениями, недвусмысленно сообщающими о лживости хадиса»[8].

Большинство учёных сказали, что возведение поклёпа на Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) большой грех, а Абу Мухаммад аль-Джувайни пошёл дальше и сказал, что это неверие (куфр).

Маликитский учёный ибн аль-Мунир сказал: «Поистине, возводящий ложь на Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) выбывает из общины мусульман и становится неверующим»[9].

Хафиз аз-Захаби в своей книге «Аль-Кабаир» сказал: «Нет сомнений, что умышленная ложь об Аллахе и его Посланнике (да благословит его Аллах и приветствует) в том, что касается разрешения запретного или запрета разрешённого – чистое неверие. А касательно лжи о них относительно всего остального, то Аллах лучше знает об этом»[10].

Учёные едины во мнении, что ложь о Посланнике Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) – один из больших грехов и тяжкое бремя.[11]

Значение выражения мухаддисов «Нет у него основы» иногда заключается в том, что хадис не имеет основы ни в Коране, ни в достоверной сунне, иногда – в том, что хадис не имеет цепочки передачи вообще, иногда – в том, что он сочинён и приписан Пророку (да благословит его Аллах и приветствует), иногда – в том, что хадис лжив, но без отрицания цепочки передачи, а иногда – в том, что смысл хадиса и его содержание очень странные с точки зрения шариатских суждений, и в шариате нет того, что в целом подтверждало бы его.[12]

Ас-Суюты в книге «Тадрибур-Рави» сказал: «Ибн Таймия сказал, что смысл их выражения «нет у этого хадиса основы» заключается в том, что у него нет цепочки передачи».

Мой шейх, великий учёный Абдуль-Фаттах (да помилует его Аллах) сказал: «Если у хадиса нет цепочки, то он ничего собой не представляет, и его не принимают во внимание, потому что основанием для передачи нам слов нашего господина Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) является достоверная, утверждённая цепочка передачи или то, что сможет её заменить, а всё прочее ничего не стоит».

О положении рассказчиков историй

Хафиз Зайнуддин аль-Ираки в книге «Аль-Баис аляль-халяс мин хавадис аль-кассас» в том месте, где рассказчики историй передают хадисы Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), считая их хадисами и не различая, что из этого достоверно, а что нет, сказал:

«Если то, что они передают, достоверно по единодушному мнению, то передающий это всё равно совершит грех, потому что он передаёт то, о чём не знает. И если даже передаваемое случайно совпало с действительностью, то он всё равно совершит грех, потому что отважился на передачу того, о чём у него нет знания. Также тому, кто соответствует такому описанию, нельзя передавать хадисы из книг, даже если это достоверные сборники хадисов аль-Бухари и Муслима, пока он не прочтёт их перед учёными, специализирующимися в области хадисов».

Также аль-Ираки сказал: «Беда, в которую впали рассказчики историй — это то, что они рассказывают простонародью такие хадисы, которые они не могут понять и осмыслить, вследствие чего эти простые люди могут усомниться в суннитских убеждениях. Это даже в том случае, если эти хадисы достоверны, а что ж говорить о ситуации, когда они ложные? Ибн Мас’уд сказал: «Если ты будешь рассказывать людям хадисы, которые они не могут осмыслить, то введёшь в заблуждение некоторых из них»». (передал Муслим во «Введении», номер 5)

От ат-Туртуши передаётся, что когда Сулейман ибн Михран аль-Амаш прибыл в Басру, то увидел рассказчика, который повествовал в мечети об одной истории, говоря: «Мне передал это аль-Амаш от Абу Исхака, а тот – от своего отца Ваиля…», тогда аль-Амаш встал посредине кружка и стал публично выщипывать волосы из своих подмышек.

Рассказчик обратился к нему: «О шейх, как тебе не стыдно? Мы в кружке знаний, а ты тут занимаешься подобным?», на что аль-Амаш ответил: «То, чем занимаюсь я, лучше того, чем занимаешься ты!». «Почему же?» – возразил рассказчик. Аль-Амаш сказал: «Потому что я совершаю дело, соответствующее сунне, а ты клевещешь! Я – аль-Амаш, и я не передавал тебе ничего, о чём ты тут рассказываешь!»[13].

(Из книги «Ад-Дурару аль-бахия» Шейха Юсуф Хаттар Мухаммад)

 

[1] «Хашия тавдых аль-афкар», 2–68.

[2] Аль-Бухари, 110; Муслим, 3004; Абу Давуд, 3651; ат-Тирмизи, 2257.

[3] Муслим, 1/10.

[4] Муслим, 1/9, ат-Тирмизи 2464.

[5] «Аль-Асрар аль-марфуа», 42.

[6] «Аль-Асрар аль-марфуа», 41.

[7] «Аль-Баис аля инкар аль-бида валь-хавадис», 36.

[8] «Фатхуль-мугыс», 1/235.

[9] «Танзихуш-шариа», 1/12, «Тадрибур-рави», 1/284, «Аль-Баис аль-Хасис», 79.

[10] «Тахзир аль-муслимин», 26/27.

[11] «Аль-Макасыд аль-Хасана», 4.

[12] «Аль-Масну», 17.

[13] «Аль-Асрар аль-Марфуа», 56.

Похожие материалы