Поучительные уроки из истории о кознях врагов Ислама

Хвала Аллаху, благословение и мир нашему господину, Посланнику Аллаха Мухаммаду, его семье и всем сподвижникам. Я назвал этот труд «Поучительные уроки из истории о кознях врагов Ислама», чтобы напомнить о тех кознях, которые строили внешние и внутренние враги Ислама на протяжении веков, и чтобы рассказать о самых выдающихся личностях, участниках тех страшных смут. Смут, из которых желающий сможет почерпнуть большую пользу и множество наставлений. А помощь и защита лишь от Аллаха.

Эпоха сподвижников

Не секрет, что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и его благочестивые сподвижники в начале своего призыва претерпели со стороны врагов исламской религии много зла и преследований. Так продолжалось до тех пор, пока люди не стали толпами принимать религию Аллаха. Но благодаря самоотверженности, которую проявили мусульмане под чутким руководством Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), козни недругов обернулись против них же самих. Не поддаётся описанию то упорство и стойкость, с которой сподвижники защищали религию Аллаха и Его Посланника (да благословит его Аллах и приветствует). Они были озарены божественным светом, и эта умма взошла, озарив факелом прямой путь и распространяя исламскую религию по всему свету и изумляя взоры очевидцев, чем мы гордимся и по сей день.

И неудивительно, что сейчас, в преддверии Судного дня, мы сталкиваемся с трудностями на пути Аллаха. А преодолеть эти трудности можно, только взяв себе за образец стойкость и упорство, которое проявлял даже в самой большой опасности Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и его сподвижники. Память о кознях, которые строили враги, заставляет нас принимать все необходимые меры предосторожности.

Ярким примером таких козней служит подстрекательство курайшитов к убийству Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) племенем бану Надир, а также то, что сделали бану Курайза и жители Хайбара. А поведение мусульман в ответ на происки врагов – это факел, который осветил путь к успеху и помог преодолеть те испытания, которые их ждали в дальнейшем, когда земли мусульман охватила смута после смерти Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) и распространения Ислама во многих концах света во времена правления Абу Бакра и Умара, а также в начале правления Усмана. Для того чтобы взбудоражить народ и настроить его против Усмана, саботажники использовали изощрённые и грязные методы, с которыми сподвижники никогда ранее не сталкивались, и это сильно затормозило распространение Ислама.

После правления Усмана смуты, разжигаемые двуличными лицемерами, продолжились. Мы прекрасно помним, как Абдулла ибн Саба, он же – еврей ибн Сауда, перемещался из региона в регион, чтобы своими дьявольскими интригами взбудоражить ни о чём не подозревающий народ.

Еврей Абдуллах ибн Саба и рафидиты

Аль-Макризи пишет в труде «Аль-Хитат»: «Некий еврей во время правления Усмана (да будет доволен им Аллах) принял Ислам. Его звали Абдулла ибн Саба, и он также был известен как ибн Сауда. Покинув Хиджаз, он стал разъезжать по землям мусульман с целью сбить их с истинного пути. Когда у него это не получилось, он решил осесть в Басре и продолжить там свои козни против Ислама. Это было в 33 году по хиджре.

Там он начал выступать перед людьми, и многие потянулись к нему, восхищённые его речами. Слава о нём дошла до Абдуллаха ибн Амира, правителя Басры. Абдуллах позвал его к себе и спросил: «Кто ты?». Тот сказал: «Я был одним из людей Писания, принял Ислам и живу рядом с тобой». Правитель сказал: «До меня дошли [странные слухи] о тебе. Уезжай отсюда». Тогда ибн Саба отправился в Куфу, а оттуда в Египет, где и остался. Там он продолжил рассказывать людям удивительные вещи, говорил им о реинкарнации, и некоторые даже поверили ему.

Также он сказал: «У каждого пророка есть свой преемник, а Али ибн Абу Талиб – это преемник Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует). А кто же более несправедлив, чем тот, кто не выполнил завещание Посланника Аллаха, согласно которому халифом после него должен быть Али? Знайте же, что Усман получил власть не по праву! Поднимите этот вопрос, осудите своих правителей, покажите призыв к благому и порицание зла, чтобы склонить на свою сторону людей!».

Он послал [с этим призывом] своих глашатаев, отправил послания к своим сторонникам, они стали вести скрытый призыв и отправлять письма с руганью в адрес правителей в разные земли, и вся земля начала полниться подобными слухами.

В «Истории Дамаска» Ибн Асакир пишет: «Он был родом из Йемена. Еврей, внешне был мусульманином, много странствовал по исламским землям, настраивая людей против правителей и сея среди народа раздор. С этим же он прибыл и в Дамаск». Ибн Джарир поведал в своей «Истории» немало рассказов о нём. Так положение осложнялось, пока все не кончилось тем, о чём все знают. Во время правления Али этот еврей говорил, что он (Али) является наследником и наместником Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует). Он начал говорить о реинкарнации Али и Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) после смерти (как верят в реинкарнацию Юшига некоторые иудеи), а также о том, что Али не был убит, что он жив и несёт в себе частицу божественности, и что он идёт по облакам, и гром – это его голос, а молния – его кнут. («Аль-Хитат», 4/182)

Далее Аль-Макризи пишет: «От ибн Сабы пошли группы крайних рафидитов, которые говорили о реинкарнации Али после смерти. Аналогичное этому сегодня говорят имамиты, которые верят в реинкарнацию, переселение души обитателя подземелья (последнего из двенадцати имамов шиитов-двунадесятников). Также рафидиты позаимствовали у него мнение о том, что имамы, которые придут после Али ибн Абу Талиба, обладают частицей божественности, и потому, несомненно, имеют право на власть, подобно тому, как Адам имел право на суджуд ангелов. Этого же мнения придерживались проповедники правителей-фатимидов в Египте».

Фатимиды и исмаилиты

Это убеждение также исповедуют исмаилиты Индии, у которых есть свой университет и которые уже давно через своих сторонников ведут призыв даже в Египте. К тому же, Каир был столицей фатимидов во времена убейдитов, которых некоторые ложно называют фатимидами. И из летописей известно, что Али (да возвеличит его Аллах) сжёг в яме приспешников этого мерзавца (ибн Сабы). Ибн Раззам, аль-Бакилляни, Абдуль-Кахир аль-Багдади, ибн Сам’ани, ибн аль-Джаузи и его внук, ибн Хаджар, ас-Сахави, Шамс ибн Тулун и другие большие учёные сказали, что это были не фатимиды. Даже если ибн Халдун, ибн аль-Асир и Аль-Макризи считали иначе, их мнение опровергается доводами из книги «И’лян» ас-Сахави и др.

Хафиз Абу Шама пишет в труде «Раудатейн»: «Это были не фатимиды. Они относили себя к Убейду, которого звали Саид, он был евреем, кузнецом из Саламии, что рядом с Хомсом в Сирии».

Ибн Касир пишет в своём «Тарихе» (12/267): «Был кузнецом из Саламии, еврей. Отправился в Магриб, назвался Убейдуллой, притязал на то, что он потомок Пророка (мир ему), алявит, фатимид и даже Махди».

Ибн Асакир пишет о факихе убейдитов, Якубе ибн Калсе: «Он был евреем из Багдада, мерзким, хитрым, коварным и смекалистым…», – далее он рассказал, как тот принял Ислам ради должности министра.

Имам аз-Захаби в «Большой истории Ислама» пишет о другом их учёном, Нумане аль-Кайравани: «Его произведения указывают на то, что он был вышедшим из религии еретиком либо лицемером, на что указывает следующая история. Однажды к нему пришёл житель Магриба и сказал: «Слуга хочет принять призыв (исмаилизм)». Тот спросил его: «Что же толкнуло тебя на это?». Слуга сказал: «То же, что и нашего господина». Тогда Нуман аль-Кайравани сказал: «Мы приукрасили для них их страсти, а вас-то что в нем привлекает?»

В книгах «Ибар» аз-Захаби и «Шазарат аз-захаб» (3/47) Ибн аль-Имада написано: «Судья Нуман ибн Мухаммад ибн Мансур аль-Кайравани, шиитский абу Ханифа внешне, еретик внутри. Был верховным судьей Убейдийского государства, написал книгу «Начало призыва», книгу о шиитском фикхе и много других книг, свидетельствующих о его выходе из религии, в которых он искажает смыслы Корана. Умер в Египте в месяце Раджаб 363 г. х. После себя оставил сына в качестве своего преемника».

В «Тарихе» ибн Касира (11/284) передаётся, что основатель Каира Муизз аль-Убейди выдал известного праведника Абу Бакра ан-Набулси одному еврею, чтобы тот содрал с него кожу. На протяжении всей пытки ан-Набулси читал Коран. Как видим, правящая верхушка государства убейдитов и по религии и по династии была еврейской.

А те, кто, несмотря на реальное положение дел, восхваляет их – это те же, кто восхваляет таких, как Мутанабби и Абу Аля аль-Магри, навлекая на себя позор, пытаясь обелить этих двоих, как будто нет больше в истории Ислама мужей, а в арабской литературе – поэтов, достойных почтения, кроме этих двоих, запятнавших свою религию и нрав.

Аль-Бакиллани говорил об убейдитах: «Внешне демонстрирующие отказ [куфра], но скрывающие чистый куфр», – и даже написал труд «Кашф аль-асрар ва хатк аль-астар» в опровержение написанной некоторыми убейдитскими кадиями Египта книги «Аль-баляг аль-агзам ва ан-намус аль-акбар».

А после него хафиз Абу Шама написал книгу «Разоблачение куфра, лжи и подлости убейдитов».

В «Тарихе» (12/267) ибн Касир пишет о них: «Они были одними из самых богатых и жестоких правителей, с самым мерзким образом жизни и грязными душами».

Абу Хасан аль-Кабиси сказал: «Убейдулла, а после него его сыновья с целью отвратить людей от любви к сподвижниикам в специально отведённом для этого места зарезали четыре тысячи человек, от учёных до рабов, которые предпочли умереть, чем проклинать сподвижников».

Тех, кто подчинился им или, как они сами это говорят, «отправился на Восток», было много. Но количества простых мусульман, которые сражались с ними, не знает никто, кроме Аллаха. Исторические документы, написанные учёными мазхабов и подтверждающие непричастность убейдитов к пречистому роду [Пророка, мир ему и благословение], имеются в трудах ибн аль-Джаузи, в «Тарих» ибн Касира и других учёных и подписаны самыми знающими, богобоязненными и достойными доверия людьми.

А тот, кто посчитал, что убейдиты как-то связаны с халифом Багдада, видимо, лишь сравнил их с собой и не знал ни их, ни того халифа. Я разъяснил это в своих примечаниях к книге «Раскрытие тайн батынитов». И свободному человеку, гордящемуся своей религией, не подобает помогать врагам Ислама, о безбожии которых в книгах сказано очень много.

В труде «Тарих» (9/12) ибн Касир пишет о Хакиме Биамриллях: «Он хотел, чтобы его считали божеством, подобно фараону. И даже приказал своим подданным подниматься на ноги, когда с минбара будет называться его имя – из уважения к нему и для его возвеличивания. То же самое происходило в других землях, даже в Мекке и Медине. А жителям Египта было отдельно приказано вставать и совершать земной поклон при его поминании. То же было приказано даже простонародью и тем, кто находился на рынках и не посещал пятничную молитву. При этом в пятницу и в другие дни они совершали земной поклон не Всевышнему Аллаху, а лишь правителю».

Ибн аль-Джаузи пишет в книге «Аль-Мунтазам» (7/298): «Затем тирания Хакима усилилась, и ему даже пришло в голову притязать на божественность. А некоторые невежды при виде его стали говорить: «О наш единственный! О наш единый! О оживляющий! О умерщвляющий!». Да обезобразит их Аллах.

А кто узнает, что Хаким правил с 386 по 411 гг., просто откажется в это поверить, ибо не может того быть, чтобы человек оставался у власти 25 лет подряд, будучи сумасшедшим. От Хакима пошла группа обожествляющих его друзов. Мнения мазхабных учёных о них приведены в третьем томе «Хуласатуль асар».

И мы не знаем в истории Ислама ни одного государства, которое отдало бы арабов в руки славян, римлян, армян, евреев, христиан и иудеев, кроме убейдитов. Очень смешно и грустно видеть эти попытки гордиться им подобными в последнее время. Старый михраб Азхара, как говорят остатки исмаилитов Индии, подобен Стене Плача у мечети Акса. Поэтому удивительно, как им позволили вести свой призыв в Египте.

Попытки реабилитировать исмаилизм

И часто можно увидеть, как молодой человек из Исмаилитского университета в Гуджарате (Индия) (который, как известно, принимает только тех, кто является исмаилитом душой и кровью) в один прекрасный день относит себя к Азхару, заявляя, что он шафиит или ханафит, и при этом проявляет удивительную активность в призыве к исмаилизму. Так, в журнале «Рисаля» (№ 331) в своей статье о сборнике стихов Тамима ибн Муизза аль-Убейди он говорит: «И когда фатимидам была дарована возможность основать в долине Нила свою великую страну, перед нами предстало хашимитское арабское государство, которое защищает язык, его письмо и религию».

В этом вся их суть, как я и говорил в журнале «Ислам» (№ 36 за 1361 г. х.): «…этот молодой человек сам говорит в своей статье: «Лучшее, что сказано о Тамиме ибн Муиззе аль-Фатими – это слова ибн Рашика:

Самое верное и прекрасное, что мы слышали

Из вестей, впечатляющих с самой древности –

Рассказы, переданные Саюлем от аль-Хая,

А тому – от аль-Бахра о правлении амира Тамима…»

Вот так высокопарно восхвалил ибн Рашик Тамима ибн Муизза аль-Убейди, хотя не застал его при жизни. Однако [на самом деле] этот стих – о Тамиме ибн Муиззе Бадисе, который умер позже ибн Муиззы.

В «Тарихе» ибн Халикана между биографиями этих двоих имеется всего лишь одна строчка, и в ней же – указание на то, что в стихе восхваляется ибн Бадис, однако всё перевёрнуто с ног на голову.

Прибавьте к этому сказанное в третьей части журнала «Азхар» за 1357 г. (стр. 180), в послесловии к статье об избегании фанатизма: «Третье – чтобы Азхар, несмотря на различия среди мусульман, стал для всех них Каабой, и чтобы в нём изучались и алавитские мазхабы: зейдитский, имамитский, исмаилитский, и если есть его продолжатели, то он более всех достоин этого».

Посмотри на эту дерзость и откровенность со стороны того, кто знает, что такое исмаилизм! А ведь автор статьи знал их книги, как минимум сохранившиеся в египетских библиотеках. Однако это – форма призыва. Как будто он хотел подготовить почву для передачи своего «товара». И похоже, что официальное отстранение Азхара от обучения тоже было такой подготовкой. Однако Аллах обернул козни хитрецов против их же самих.

Среди прочего на долгосрочность планов исмаилитов указывает проект их лидера по овладению большой долей района аль-Аукаф (Каир), в котором планировалась застройка, а также переговоры между ним и главой Азхара, которые были опубликованы в одном из номеров журнала несколько лет назад. Всё это раскрывает нам многие их намерения в этом направлении. Как же удивительно наше время!

Три иудея

Глава иудейской группы ананитов, известный как Анан (голова Голиафа), который прибыл с Востока во времена Мансура Аббасидского, и глава иудейской группы исавитов Абу Иса Исхак ибн Якуб аль-Асфахани, который также был современником Мансура Аббасидского, говорили: «Да, Мухаммад – Пророк, но он послан лишь к арабам». Так они хотели посеять между мусульманами рознь и разорвать братские узы, о которых сказано в Коране: «Поистине, верующие – братья» (Сура аль-Худжурат, аят 10).

А ведь из Корана совершенно ясно, что Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует) послан благовестником и увещевателем ко всем людям без исключения. А проявление этого гнусного расизма через раскол исламского братства и есть попадание в ловушку подобных личностей. Так может обольщаться только тот, чей разум запятнан невежеством первой джахилии. Да избавит от этого Аллах!

Многие евреи в исламских странах достигли высот в медицине и философии. А трое из них выделились особыми трудами, которые интересуют занимающихся делами Ислама – это ибн Каммуна, ибн Маймун и ибн Маляка. Давайте рассмотрим их получше.

Ибн Каммуна – это Иззуддин ибн Мансур аль-Багдади, умерший в 683 г. х. Открытый безбожник, написал книгу «Танких аль-абхас ан аль-малик ас-саляс», в которой выступил с опровержением пророчества, попытавшись ликвидировать три небесные религии, говоря: «[Это] против меня и моих врагов».

Но победил он лишь самого себя, когда впоследствии жители Багдада ополчились против этого еретика и захотели его убить. Он смог найти того, кто помог ему скрыться от них, спрятавшись в сундуке и перебравшись в село своего сына, где пробыл несколько дней и где постигла его «красная смерть» – от меча. Так он сочетал в себе две погибели (ненависть людей и безбожие), как об этом говорится в книге крупного историка Абдурразика аль-Фути «Аль-хавадис аль-джамиа филь миатис сабиа». Мюридами этого еврейского безбожника в это время являются Джамиль Сыдки аз-Захави, который даже хвастался имеющейся у него книгой ибн Каммуны, и известный ар-Расафи.

Факих, усулий и имам Музаффаруддин Ахмад ибн Али ибн Таглаб ас-Саати аль-Багдади (умер в 694 г. х.) написал опровержение книги ибн Каммуны, которое назвал «Ад-Дурр аль-мандуд фи ар-радд аля файлусуф аль-яхуд». Сам ибн Каммуна написал несколько трудов по логике и философии, один из них – шарх к труду «Ат-Тальвихат» убитого Шихаба ас-Сухраварди.

Ибн Маймун – это Абу Имран Муса аль-Андалуси. Обучался философии у ибн Туфейля, ибн Рушда и им подобных. Исповедовал отрицание телесности и подобия Всевышнего Аллаха творениям, аллегорически толковал иудейские книги с явным ташбихом. Впоследствии стал главой одной из их сект. В своей книге «Далялят аль-хаирин» он довольно жёстко критиковал мутакаллимов, однако исламские учёные не прикладывали для его опровержения много усилий.

Возможно, по причине его попыток вывести иудеев из пучины наследуемого ими веками таджсима. И может быть, учёные посчитали, что это усердие в некотором роде компенсирует то зло, которое от него исходило. А на его труды с критикой исламских групп вообще не обращали внимания – их слишком легко можно было опровергнуть. Например, его опровержение доводов мутакаллимов, которые те приводили в пользу отрицания телесности Всевышнего Аллаха. Суть их довода в том, что определённый размер творений указывает на того, кто должен был бы установить этот размер, а нуждающийся в этом объект не может быть предвечным.

Ибн Маймун сказал, что размер [творений] является обязательной величиной и не может быть меньше или больше. Но он упустил из виду, что размеры тела – это лишь акциденция. Также он упустил, что утверждение об обязательности [размеров] действительно для любого тела, тогда как предвечность материи противоречит его убеждениям. И он сам даже упомянул двадцать пять предпосылок невозможности наличия у Бога тела. К сожалению, мнение ибн Маймуна об обязательном наличии особенного [частного] размера позаимствовал и ибн Таймийя для своего труда «Макуль» (возможно, имеется в виду «Дару тааруд акль ва накль»), пытаясь опровергнуть аль-Амиди в вопросе невозможности описания Аллаха направлением, тогда как несостоятельность слов ибн Маймуна очевидна.

Ибн Таймия также позаимствовал мнение ибн Маляка о допустимости изменения знания и воли Аллаха, связанных с изменяемыми явлениями, тогда как из изменяемости описания вытекает изменяемость описываемого. И он даже говорил о недопустимости подобного утверждения! А ведь это сравнение невидимого с видимым и допущение изменений в сущности Аллаха, которое и мутакаллимы, и философы считают невозможным. А говорить, как мутакаллимы, об изменении связи – это не то же самое, что говорить об изменении описания.

Ибн Таймия так развил мысль ибн Маляка о знании и воле Аллаха, что стал с вопиющей наглостью говорить о свойственности Ему букв, голоса, о возможности прикосновения, ходьбы, сидения, движения, наличия границ и направления. Тем самым он сильно отклонился от прямого пути.

Истина в том, что ни знание, ни воля Аллаха не могут меняться, ибо им не свойственны ни время, ни место, как у творений. Знание Аллаха постоянно, у него нет ни развития, ни отставания во времени и пространстве, превыше Он этого. Аналогично и с Его волей. И обо всём, что распределено по временной или пространственной шкале, Аллах знает одновременно, без опережения или отставания.

Это можно сравнить со столбом с широкими полосами разных цветов. Если положить на него муравья, он будет думать, что идёт по обширной чёрной пустыне, затем – по обширной белой пустыне, и так далее, потому что что-то попадает в поле его зрения раньше, а что-то – позже. А мы можем охватить взглядом весь столб сразу. Что же тогда говорить об Аллахе? Всё, что связано с Аллахом, не имеет ничего общего с нами. Поэтому нельзя и помыслить, что Его знания и воля ограничены временем и местом. Так, аль-Харрани [ибн Таймия] взял информацию у обоих этих авторов, опустив при этом их явные отклонения. В этом заключается назидание для размышляющих. Муса ибн Маймун умер в Египте в 600 или 605 г. х.

Абу Хаййян аль-Андалуси в своём тафсире пишет о Мусе ибн Маймуне так: «В своё время был главой иудеев Египта. Внешне исповедовал Ислам, а когда переехал из Андалусии в Египет (а было это во времена убейдитов, которые не жили по шариату), вернулся в иудаизм и сообщил, что Ислам его принудили принять. Ему поверили. Позже он написал несколько работ, одна из которых – «Далялят аль-хаирин». Он получил определённую пользу от общения с учёными Андалусии и заискивания перед ними. По сей день лидерами иудеев Египта являются его потомки».

Ибн Маляка – это Абу аль-Баракат Хибатуллах ибн Маляка аль-Багдади, автор «Мутабара», умер в 547 г. х. Большую часть жизни был иудеем, но однажды услышал, как ибн Афлях высмеял его в стихе:

Есть у нас врач-еврей, глупость его

Видна сразу, как только откроет рот он.

Блуждает он хуже пса уличного

В лабиринте и не может выйти…

Для того чтобы избежать унижения, Ибн Маляка стал притворяться мусульманином. А истинные его намерения знает только Аллах. И это единственный философ, которого взял себе примером ибн Таймия в вопросе допущения изменений в сущности Аллаха. Превыше Он измышлений лжецов!

Нет сомнений, что в изучении методов, которые применяли враги Ислама против него на протяжении веков, заключается большая польза – это облегчит её защиту и усердие на этом пути. Поэтому мы должны помнить об этих методах и иметь о них ясное представление.

После рассказа об их борьбе с Исламом изнутри давайте посмотрим на их вражду с этой религией извне.

Крестоносцы

Книги по истории полны преданий о фанатичных крестоносцах, которые, стоя плечом к плечу, обнажили свои мечи против исламского Востока. В тот момент они по-настоящему испугались за свою религию, ибо увидели, с какой скоростью распространяется среди народов Ислам, религия фитры.

Их нападения были жестоки и непрерывны, но среди мусульман были львы, гордые, величественные, не желающие терпеть, по-настоящему вкусившие величие исламского образа жизни. Учение Ислама горело в них, и этот огонь сподвигал их защищать свою религию, жертвуя на этом пути всем возможным и самым дорогим.

Ислам для них не был лишь набором ритуалов, совершаемых в определённое время, и среди них не было того, кто любил бы врагов Аллаха и Его Посланника (да благословит его Аллах и приветствует) и помогал бы им своим предательством, слабостью или трусостью. Они не дали противнику достичь своей цели и заставили его отступить с пустыми руками.

Колени врагов дрожали, а поджилки тряслись при виде величия и достоинства Ислама и мусульман. Это заставило их испугаться за свою религию на своей же земле, и поэтому сейчас они хотят защититься от «исламской опасности» путём распространения в западных странах худших слухов об Исламе и мусульманах. Однако в реальности даже сегодняшний прогресс Европы в самых разных сферах жизни непосредственно связан с контактом крестоносцев с Востоком в этих кровавых войнах.

Европейские выдумки о мусульманах

Одним из проявлений такого развития были реформы лютеранской церкви, которая, впрочем, не смогла стать чем-то большим, чем просто ещё одно проявление идолопоклонства, которое проникло и в другие течения христианства. О сколько же бессовестных измышлений, к которым Ислам никак не причастен, они сочинили в то время!

Известный западный писатель-востоковед Генри Ди Кастро так писал об этих от начала и до конца выдуманных историях: «Что сказали бы мусульмане, если бы узнали, какие сказки выдумывали о них в средневековой Европе? Невежество, царившее тогда, украшало эти истории ещё большей враждебностью или ужасным фанатизмом». Затем он пишет: «Распространённая в Западной Европе агрессия против мусульман и Ислама есть не что иное, как последствия этих самых басен о них. Каждый христианский поэт рисовал мусульман как идолопоклонников: «…у них есть три божества, каждое своего уровня – Махун, Ублин и Тармакан». Эти писаки считали, что Мухаммад создал свою религию, в которой объявил себя богом. Но самое странное и мерзкое – это то, что о Мухаммаде, который уничтожил идолопоклонство на корню, они говорили «…этот человек заставил людей поклоняться своей статуе, сделанной из золота».

А когда христиане прижали мусульман к стенам города Сарагосы, они пустили слух, что мусульмане вернулись и убрали своих идолов. Причиной этой выдумки был страх, что их ложь об идолопоклонстве мусульман будет раскрыта, ведь при захвате города они не обнаружили в мечетях никаких идолов. Некоторые поэты того времени написали ставшую популярной байку о мусульманах: «Ублин, божество мусульман, находился в пещере. Они разбили его на мелкие кусочки, унизили, прокляли и растоптали. Второго своего бога, Махуна, они бросили в яму, в которой его затоптали и разломали свиньи и собаки. Ни одно божество в мире не терпело таких унижений, как это. Позже мусульмане пожалели о содеянном и изваяли этих идолов заново. Король Шарль, захватив Сарагосу, отправил группу на поиски идолов мусульман, которым они снова начали поклоняться, и приказал разрушать их железными молотами»».

Вот такие небылицы они придумывали, по словам Ди Кастро.

Поэт Ришар сказал: «Боже, ниспошли Своё наказание на поклоняющихся Махуну», – имея в виду умму Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), которая якобы поклонялась идолу по имени Махун). И этот же поэт призывал христианских феодалов к всеобщей мобилизации против Ислама, говоря: «Встаньте и разрушьте идолов Махуна и Тармакана, сожгите их и принесите в жертву на пути своего Господа!».

Такова была вражда запада к Исламу и мусульманам в Средние века. Эти сказки были в ходу ещё долгое время. И даже последующие века были в этом плане ничуть не лучше предыдущих, даже если способы этой вражды и лжи изменились.

Выдуманные истории в книгах по исламской истории

А когда бдительные люди стали всё чаще обращать внимание, насколько подобные нападки на Ислам лживы, проповедники-обманщики выбрали другой способ вредить Исламу. Они стали проводить якобы объективные, независимые исследования учения Ислама по книгам по исламской истории и другим трудам, написанным на Востоке. В 17 веке они начали переводить на свои языки некоторые тексты, которые выискивали среди книг на Востоке и в которых содержалось пороченье Ислама и его истории. Одними из первых они перевели труды Саида ибн Битрика аль-Искандарани (умер в 328 г. х.), шейха Джурджиса ибн Умейда (умер в 672 г. х.) и Абу Фараджа Григуриуса ибн Харуна аль-Матты, христианина с Востока.

Затем они исследовали источники, составленные крайними шиитами, прихвостнями Абдуллы ибн Сабы, о котором мы уже говорили; затем книги Вакиди, ибн Хишама, ат-Табари и им подобных авторов, в которых упоминаются все услышанные предания без разбору, иснад которых нуждается в хорошем анализе. И прежде всего их интересовали книги о военных походах и сражениях, ибн они знали, что плодом сомнений, почерпнутых из этих книг, может быть ересь и вероотступничество среди слепо следующих за Западом жителей Востока, которые по своему невежеству ослеплены обманом и нечестием, которое хотят распространить среди не владеющих исламскими науками детей жителей Востока.

В качестве примера книги о военных походах в первом веке я приведу труд Мусы ибн Укбы, от которого передаёт и аль-Бухари и которого довольно много хвалили. Но. Он передаёт слова ибн Шихаба, а хафиз аль-Исмаили сказал, что он не слышал от него ничего. И большинство хадисов ибн Шихаба о сражениях и походах – мурсаль (без упоминания имени сподвижника), а ибн аль-Каттан и аш-Шафии сказали, что подобные хадисы от ибн Шихаба «подобны ветру».

А что касается Ибн Джарира ат-Табари, автора «Тариха», то, несомненно, его положение в хадисе, тафсире и фикхе высоко, однако он не всегда ручается за достоверность того, что передаёт в своей книге по истории. На 1–5 страницах он даже сказал: «Если же читатель или слушатель найдёт в этой книге то, что ему покажется странным или постыдным, и он посчитает это недостоверным или бессмысленным, то пусть знает, что это не по нашей вине, а по вине тех, кто передал это нам. Мы же лишь процитировали это в такой же форме». Также он сказал: «Мы не писали эту книгу для того, чтобы из неё можно было черпать аргументацию».

Таким образом, стало известно, что он снял с себя ответственность за предания, упомянутые в «Тарихе», и возложил её на их передатчиков.

Хадисоведы разошлись во мнениях относительно автора книги о сражениях Мухаммада ибн Исхака, а многие даже сочли его лжецом. Абу Ханифа и Малик не принимали от него сообщений, а те, кто посчитал его сообщения сильными, ставили для них условия, которым сомнительные места в книге не соответствуют. В «Фихристе» ибн Надима о нём сказано много. Например: «Его критиковали, его путём были недовольны. Передаётся, что до наместника Медины дошли слухи, что этот Мухаммад [ибн Исхак] флиртует с женщинами, и он велел привести его к себе, побил плетью и запретил сидеть около заднего входа мечети (откуда заходят женщины, очевидно), ибо был он красив лицом.

Также передаётся, что к нему приходили поэты и просили внести свои стихи в его книгу по жизнеописаниям, он отказался и прослыл среди стихотворцев гнусным человеком. Большинство же учёных считают его хорошим передатчиком в главе о сражениях при соблюдении известных условий. Однако цепочки передач из ему подобных необходимо рассматривать подробно. В частности, есть разногласия относительно его передатчика Заййада аль-Букаи, которого ан-Насаи считал слабым, от которого ибн аль-Мадини не принимал хадисы, и о котором Абу Хатим сказал, что его сообщения не являются аргументами.

Также имеются разногласия относительно другого передатчика – Салма ибн Фадля ар-Рази, о котором Абу Хатим сказал то же самое; он же – Мухаммад ибн Хумейд ар-Рази, которого многие назвали мерзким лжецом. То же сказал ибн Джарир о риваятах ибн Исхака. Что касается Хишама ибн Кальби, его отца и аль-Вакиди, то высказывания о них известны.

Что касается Валида ибн Муслима Мухаммада ибн Аиза ад-Димашки, то Абу Дауд сказал о нём: «Он таков, каким его пожелал сделать Аллах». Что касается автора книги о вероотступничестве и завоеваниях Сайфа ибн Умара ат-Тамими, то его риваяты не принимаются, как утверждал Абу Хатим, некоторые назвали его слабым, а ибн Хиббан обвинил в подлоге. А передающего от него хадисы Шауйба ибн Ибрахима ибн Адий и аз-Захаби считают неизвестным. От него передаются сообщения с нападками в адрес салафов. А ас-Сирри ибн Яхью, передающего слова Шуайба, считают ненадёжным, он же является шейхом ибн Джарира в передаче от Сайфа.

Что касается передатчиков, которые восходят к Сайфу, то они в основном неизвестны. Если такова ситуация с преданиями от ибн Джарира, то, очевидно, что сообщения, особенно те, которые есть только у него, нуждаются в исследовании цепочки. Тем более это касается тех, кто ниже него знаниями о военных походах. К примеру, шиит аль-Якуби подвергнут критике; также обвиняли Абу Фараджа аль-Асбахани, автора ночных песен, а не источник достоверных хадисов, который передавал удивительные слова, говоря: «Нам сообщили; нам передали». О нём ан-Наубахти сказал: «Это самый лживый человек. Он заходил на книжный рынок, покупал множество свитков, нёс домой и передавал все свои сообщения из них». Аллах избавил учёных от нужды в подобных сомнительных личностях.

Эти примеры из книг по истории и книг первого века побуждают человека, жаждущего истины, к тщательному анализу цепочки их передачи, особенно их сомнительных мест, за которые и цепляются враги Ислама по невежеству своему или из-за игнорирования факторов, делающих эти риваяты неприемлемыми. Глубокое изучение науки о передатчиках помогает опровергнуть наговоры, подкрепить верное и избегнуть ловушек, расставленных против Ислама.

Я написал об этом в своей статье «Халид ибн Валид и убийство Малика ибн Нувайры» в журнале «Ислам» (№ 5, 1362 г. х.) и подробно разъяснил там недостоверность хадисов об истории ибн Нувайры. А кто будет читать книги, написанные в первом веке различными подозрительными личностями с Востока и Запада, не имея при этом знаний о методах фальсификации и подлога, и переведёт всё это или составит на их основе книгу, тот погубит себя и других!

Поэтому я завещаю каждому переживающему за свою религию и честь быть предельно осторожным относительно преданий первого века, знать методы их просеивания через сито науки и взвешивания на весах понимания. Да дарует нам Аллах защиту и помощь.

Реакция исламских ученых на выдумки европейских евреев

В одной из своих статей я писал, что для исследователя не секрет, сколько усилий прилагали враги Ислама в каждом веке и сколько различных хитростей выдумывали. К примеру, в период записи преданий некоторые из них, притворившись знающими, передавали такие сообщения, которые порочили Ислам и тех, кто призывал к нему.

Далее эти россказни были подхвачены людьми, не одарёнными большим умом, и увековечены в книгах. Враги Ислама использовали эти предания для нападок против этой религии, но Всевышний по Своей милости даровал нам учёных, которые ввели мерила для отделения правды ото лжи и установили фальшивость преданий, чтобы можно было отличить учение Ислама от интриг диверсантов.

Так, западные писатели, чтобы оттолкнуть людей от Ислама, вот уже два века используют метод банального поношения, клеветы и искажений. Они выискивают в книгах Востока различную ложь, заявляя, что лишь проводят независимое научное исследование, а обманутые ими жители Востока усугубляют ситуацию, распространяя эти небылицы среди своего народа.

Поэтому современным авторам книг по жизнеописанию Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) необходимо принимать все меры предосторожности, прежде чем брать что-то из современных или древних книг по этой теме, написанных на Востоке и Западе, и прилагать усилия для очищения истины с помощью методов, принятых исследователями.

Но при составлении своих трудов они не должны давать своим перьям абсолютную свободу, к которой привыкли при написании различных биографических историй или художественных произведений, им следует быть предельно осторожными при высказывании своего личного мнения. Они должны быть готовы к справедливой критике своих трудов. И если их подход к знакомству с книгами Востока будет таков, то распознать обман в книгах Запада им будет легко.

Западные антиисламские труды 18 века и позднего периода упомянуты в предисловии к книге учёного Шибли ан-Нугмани аль-Хинди «Жизнеописание Пророка, да благословит его Аллах и приветствует». Это хорошая книга – исследование сиры Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), опровергающая сомнения относительно его жизни. В ней мало ошибок по сравнению с другими подобными трудами. Удивительно, как восточные писатели, составляя труды по жизнеописаниям и истории первого века по хиджре, обманываются этими людьми.

Ещё более удивительно видеть, как редактор журнала «Аль-Манар» Рашид Рида даёт похвальный отзыв десятитомнику по истории Ислама, написанному итальянцем Бернсом Каэтано, тогда как это худшее, что было написано по этой теме, и неважно, каким бы независимым исследователем ни пытался выглядеть автор. Также в своём журнале он хвалит «Историю Ислама» авторства голландского доктора Дузи, тогда как он один из самых отъявленных исказителей правды среди европейских авторов, писавших по этой теме.

И если люди из школы шейха Абдо, отдавшие свою жизнь защите Ислама, так необдуманно хвалят худшие книги, даже не ознакомившись с их первоисточниками и авторами, то что же делать молодёжи, которые получают свои первые познания об истории Ислама из западных, а не восточных книг?

Всевышний Аллах защитил Ислам от подобных нападок на его святость, но потом пришли востоковеды-евреи, а с ними и другие востоковеды, и начали штудировать Коран, коранические науки, хадисы, усуль, акыду и историю религий, чтобы найти в них то, с помощью чего они могли бы посеять сомнения относительно Ислама.

Они скрывали свои истинные цели и притворялись непредвзятыми, чтобы в глазах своих жертв выглядеть докопавшимися до истины во всех вопросах. Они похожи на охотника, который закидывает вкусную приманку, чтобы привлечь жертву. А попадает в такую ловушку лишь тот, кто обратился на Запад до того, как испить из благотворного родника Востока, который защитил бы его духовную жизнь. И таких жертв у этой группы востоковедов великое множество.

Одним из самых опасных представителей этой группы является Гулид Зехер, иудей, имеющий венгерские корни – отъявленный враг Ислама, посвятивший этому всю свою жизнь. Жил в начале двадцатого века, писал исследования на тему Корана, хадиса и их наук, фикха, усуля, калама и каламических сект. Умело извлекал из текстов всё, что соответствовало его дурным целям, придавая этому такой смысл, какого оно вовсе не имело, и игнорируя степень достоверности источников информации. Если бы была создана научная группа для разбора книг этого венгра, ярого врага Ислама, и пролила на них свет, то стало бы легче опровергнуть ложь этого хитреца.

Однако перевод этих книг некоторыми неподготовленными представителями Азхара, а также их распространение, не сопровождаемое опровержениями, и простое цитирование сомнений, которые сеют враги Ислама в любом арабоговорящем – всё это и есть помощь им в достижении их целей. И Азхар, который мы считаем уникальным интеллектуальным центром Ислама, непременно должен выразить своё недовольство по этому поводу.

И должно исполняться решение Азхара, которое он вынес несколько лет назад – решение о том, что перевод книг авторов, подобных Гулиду Зехеру, должен сопровождаться полноценным опровержением. А иначе Азхар противоречит своим же обязанностям, прикрываясь завесой современного обновления и игнорируя основную цель своего существования и не оправдывая расходование на него средств уммы.

На самом деле стремление идти в ногу со временем может обмануть учёного, который смотрит на Восток через уменьшающую линзу, а на Запад – через увеличивающую, и который с радостью отвечает на призыв, который доносится из неисламской среды, игнорируя нужды исламских групп, и спешит отправить делегатов на межрелигиозные конференции или посвящённые западным и восточным законам форумы, вместо того чтобы залатать свои пробелы и восполнить недостатки в изучении основополагающих наук.

Межрелигиозные конференции и объединение религий

Этот человек отправляет группы студентов в востоковедческие университеты Европы, но не для того, чтобы они там призывали к Исламу, а для того, чтобы они изучали исламские науки у учителей, которые внутренне враждебны к Исламу и желают опустошения исламского Востока. Под видом межрелигиозного сближения и взаимной любви студент-мусульманин искренне братается с различными религиями и верованиями, проявляет снисходительность к группам, которые относят себя к прана-йоге, и другим группам, отклонившимися от истины.

Они ищут общие для всех точки соприкосновения и игнорируют разногласия, чтобы в итоге получить одно общее писание и общую для всех религию – Эсперанто. Жертвой подобных движений должны стать мусульмане, а стремящиеся к объединению религий желают на самом деле лишить Восток преданности Исламу и исламскому фикху, заявляя, что такая приверженность – это фанатизм, от которого нужно избавляться.

Так Ислам станет лишь небольшим кусочком, который можно легко проглотить, ибо тот, у кого нет приверженности [религии], у того нет ни ревности, ни энтузиазма, ни чести, ни достоинства, такой человек подобен пыли на ветру. И эта объединённая религия не будет Исламом. Всевышний Аллах сказал: «Иудеи и христиане не будут довольны тобой, пока ты не последуешь их религии» (Сура аль-Бакара, аят 120); «Поистине, (истинная) религия для Аллаха — это Ислам» (Сура Алю Имран, аят 19); «Если кто-то выберет иную религию, помимо Ислама, у того она не будет принята (в Судный день)» (Сура Алю Имран, аят 85). Поэтому религия Эсперанто и то, к чему призывают эти люди, это не та религия единобожия, к которой призывал печать пророков (да будет над ними всеми мир и благословение Аллаха).

Подобные факторы ускоряют религиозную, нравственную и политическую колонизацию нашей общины и разрушают исламский фикх, который хранил нашу религию, честь и достоинство с рассвета Ислама вплоть до этих дней, они также стирают из душ исламскую акыду, которая и сформировала эту живую величественную умму.

Европейцы брали за основу законы Шариата

Меньшее, о чём говорит отправка делегата от имени Ислама на межрелигиозную конференцию – это как бы признание от лица мусульман, что Ислам находится на одном уровне с этими ложными религиями. В чём польза этого? И с чего это Ислам вдруг заслужил такое положение? И как может мусульманин отрекаться от части своей религии с целью приблизиться к другой? Это всё равно что верить в одну часть книги и отрицать другую. И какую выгоду мы получим, если группа законотворцев решит, что исламский фикх – это лишь один из множества источников закона, кроме того, что фикх будет на одном уровне с римским правом?

Это – довольство униженного, который не знает, какая доля европейских законов была взята из исламского шариата в целом и, в частности – из маликитского мазхаба по причине близкого соседства, как это ясно из «Истории церкви» Иоганна Мосхайма. Крупный маликитский шейх Махлюф аль-Миньяви в конце прошлого века по хиджре написал книгу о том, какие положения закона были взяты Западом из маликитского фикха. Эта книга сохранилась в Египетской национальной библиотеке в разделе о различных науках под номером 1085.

Ценность исламского фикха и нужда европейцев в нём

Также из книг специалистов известно, что в своё время Европа нуждалась в наших науках – фикхе и других, но не было такого, чтобы мы хотя бы один день во всём зависели от них. Целью стараний врагов Ислама является устранение из наших душ веры в святость исламского фикха; чтобы мы ставили шариат на один уровень с обычными светскими законами, которые заменяются и меняются по желанию правителей. И если мы поведёмся на это, то своими же руками разорвём эту крепкую связь, которая обеспечивала наше единство, и впадём в законотворческий хаос. Это одна из главных целей врагов Ислама, поэтому время от времени они изнутри пытаются внушить желание «играть» с исламским фикхом через объединение, сближение и сравнение его с предыдущими законами, очищение его через фильтр Запада под эгидой реформации.

Несколько лет назад мы уже видели опасные предвестники этого в современном Азхаре и о многом из этого говорили, но здесь не место для обсуждения этих тенденций изнутри. И я считаю, что шейх, который вскоре возьмёт на себя руководство Азхаром и захочет исполнить свои обязанности шейха уникального интеллектуального центра Ислама и его наук, обнаружит своё «наследство» невероятно тяжёлым, с какой бы стороны он ни подошёл. Мы желаем ему божьего содействия в выпрямлении курса, исправлении положения дел в образовании, а также развития и возрождения Азхара. А наставление и помощь – только от Аллаха, и к Нему возвращаются все дела. И наша последняя мольба –«Хвала Аллаху, Господу миров». И да благословит Аллах нашего господина Мухаммада, его семью и всех сподвижников.

Написал надеющийся на прощение своих грехов Мухаммад Захид, сын Хасана, сына Али аль-Каусари. Да простит Аллах их, их матерей, близких и шейхов. Четверг, 14 Мухаррам, 1367 г. х., дом в Каире, да хранит его Аллах.

 

Похожие материалы