Почему Аллах в Коране говорит о Себе в мужском роде?

Вопрос:

Почему в Коране говорится об Аллахе «Он», а не, например, «Она»?

Ответ:

Во имя Аллаха, Милостивого ко всем на этом свете и лишь к уверовавшим — на Том

  1. Грамматический и естественный род (половая принадлежность)

Лингвисты различают естественный род (пол) и род грамматический. Естественный род (пол) определяется физиологией: живое существо с мужским половым органом имеет натуральный мужской род, а с женским половым органом имеет натуральный женский род[1].

Грамматический же род определяется условиями языка, а не физиологией. Чтобы ясно понять границу между натуральным и грамматическим родом, следует обратиться к таким языкам, как французский или арабский, где существительные всегда имеют грамматический род: мужской или женский, даже если они не имеют натурального рода вовсе.

Например, слово сhaise (стул, фр.) грамматически женского рода и, следовательно, в отношении него употребляются те же правила, что для Марии, Фатимы, то есть elle (она, фр.). Курси(стул, араб.), однако, имеет грамматический мужской род и, следовательно, в отношении него мы употребляем то же местоимение, что и для Джона, Ахмада, а именно хува (он, араб.).

В английском языке граница между натуральным и грамматическим родом размыта, потому что слова становятся грамматически мужскими или женскими, только если они натурально мужские или женские. И если у слова нет половой принадлежности, например, стула, то он грамматически нейтрален, и в отношении него используют нейтральное местоимение it[2], а не мужское или женское местоимение he-she***.

***прим. переводчика: Наличие в русском языке среднего рода не делает его похожим на английский, поскольку деление существительных на мужской, средний и женский род  в русском языке при условии отсутствия половой принадлежности объекта также имеет под собой грамматическую основу. 

Например, любовь – женского рода, гнев – мужского, злорадство – среднего, однако это никак не связано с «женскостью» любви, «мужественностью» гнева и отсутствием пола у злорадства, а всего лишь грамматически обусловлено, например, слова оканчивающиеся:

  • на -шьобычно относятся к женскому роду – мышь, дичь и т. д.;
  • на —це, -ствок среднему и.т. д.;
  • на -икк мужскому — всадник, передник и т. д.

Что до употребления среднего рода в отношении живых существ, то это зачастую придает негативную коннотацию, так как подразумевает андрогинию, то есть когда указывают на нечто, что лишено даже пола, и это воспринимается как недостаток. Всевышний же не «лишен пола» — Он вовсе чист от того, чтобы иметь пол.

Поскольку Всевышний Аллах от недостатков и уподобления своим творениям, а пол – это характеристика творений, в отношении Него в русском языке может быть употреблен лишь род грамматический. Также сравните: Бог – Он, божество – оно, Божественная Сущность — Она. Это доказательство отсутствия какого-либо фаллоцентризма (конец примечания).

  1. Олицетворение

Наличие нейтрального рода в английском и отсутствие его во французском и арабском вызывает лингвистическое несоответствие. И это проявляется в том, что, когда в английском языке по отношению к чему-то, не имеющему половой принадлежности, употребляется «Он» или «Она», то это производит сильный риторический эффект, который называется персонификация, одушевление и очень часто используется поэтами.

Например, Вильям Вордсворд писал:

In thoughtless gaiety I coursed the plain,
And hope itself was all I knew of pain;
For then, the inexperienced heart would beat
At times, while young Content forsook her seat,
And wild Impatience, pointing upward, showed,
Through passes yet unreached, a brighter road

Без мыслей, радостно я шёл тут, как во сне,

И лишь в фантазиях страданье снилось мне.

Ведь сердце билось, мира не познав,

Сильней, когда своих лишалось прав

Довольство юности, и в буйности своей

Путь Нетерпение указывало ей

Светлей других, известных ей, дорог,

Пока не пройденных, — вот место для тревог[3].

Языки, подобные арабскому, однако, не имеют нейтрального рода, и такое использование мужского и женского местоимений не имеет коннотации очеловечивания.

Например, женское состояние слова шамс (солнце, араб.) – это грамматический род, основанный чисто на языковой норме. И также мужское состояние слова камар (луна, араб.). Это ожидаемая норма, происходящая из условностей языка, для солнца использовать хия (она), а для луны — хува (он). И если предположить здесь некое олицетворение, то это будет искажением языковых норм, а если предположить мизогинию (женоненавистничество), то выходит противоречие, поскольку всем известно, что солнце величественнее луны, а солнце – женского рода в арабском, а луна – мужского.

Великий исламский поэт Мутаннабби написал:

Уа маль та’нису ли исми аш-шамси ‘айбун

Уа ляат-тазкиру фахрун ли аль-хиляли

И не является для солнца (шамс) принадлежность к женскому роду дефектом,

И принадлежность слова «камар» (луна) к мужскому роду не является его достоинством (Приводит, например, ас-Са’алиби в «Ятимат ад-Дахр» — и другие авторы.)

В Коране в отношении Аллаха используется мужское местоимения хува, потому что само слово «Аллах» грамматически мужского рода, а не потому что Аллах – мужского пола (аузубиЛлях). И если в английском использование слова «Он» предполагает очеловечивание, то в арабском это не так. Поэтому здесь нет и не может быть никакого антропоморфизма. И уж тем более маскулинизма.

  1. Трансцендентность Бога — Превосходство

Утверждение пола в отношении Всевышнего Аллаха противоречит аяту:

لَيْسَ كَمِثْلِهِ شَيْءٌ

«Нет ничего, похожего на Него» (42:11), —

и если для мусульман все ясно, то для других, возможно, не совсем, и не только потому, что в некоторых языках нет категории грамматического рода, но также и потому, что, кроме Ислама, никакая другая религия не отстаивает Божественную Трансцендентность с такой силой.

Христиане, например, представляют Пророка Ису, мир ему, так, будто это и есть сам Бог (аузубиЛлях), а Пророк Иса, мир ему, был человеком.

Феминистическое движение родилось именно в христианских обществах, где употребление в отношении Бога слова «Он» подтверждалось биологической принадлежностью бога троицы (аузубиЛлях).

Современные феминистки выступают за нейтрализацию языка в отношении Бога, и это реакция на маскулинистическое изображение Бога в христианстве[4].

Язычество в свою очередь также «очеловечивает» своих богов. Идолы неизбежно имеют виды животных или людей, а люди и животные неизбежно имеют биологический пол. За исключением Ислама, каждая другая религия верит в антропоморфизированное божество до какой-то степени. А божественная чистота и неподобие, а именно таухид, есть лишь в Исламе. И для мусульманина, утвердившегося в таухиде, приписывание биологического рода Богу – невероятная ересь. Великий факих и богослов, имам ат-Тахави пишет в прославленной Акыде Тахавийя:

Любой, кто описывает Аллаха сифатами (атрибутами), которые присущи человеку (творению), становится неверующим (кяфиром). Всем, кто осознает это, следует быть осторожными и воздерживаться от тех слов, которые говорят неверующие. Им следует знать, что Он со всеми Его атрибутами не похож на людей.

Он превыше того, чтобы быть каким-то образом ограниченным, превыше того, чтобы быть в каких-то рамках или иметь части, конечности или органы. Он не находится в шести сторонах света, как всё сотворенное.

То, что Всевышний Аллах говорит о себе в Коране, используя слово «Он» надо воспринимать в контексте Его неподобия творениям. Об этом говорит сура «Ихляс» (112:1-4), которую знает каждый ребенок. И мужской род, бесспорно, говорит лишь о грамматическом мужском роде без малейшей тени антропоморфизма.

  

  1. ‘Убудийя.

Если «хува» не несет в себе антропомормизма, то тогда давайте разберемся, почему не «хия». Почему «хува» выбрано, а «хия» отвергнуто?

По правилам арабского языка грамматический мужской род – норма, а грамматический женский — исключение. Поскольку большинство слов грамматически мужские, то ожидаемо, что грамматическим родом слова «Аллах» тоже будет мужской[5].

Однако здесь можно найти и более глубокий смысл. Когда я спросил [об этом] своего учителя Абдуль-Карима Таттана, да хранит его Аллах, он сказал, что в Коране разрушающие вихри наказания обычно встречаются в единственном числе (рих), а мягкие ветра, приносящие дожди, – риях.  В единственном числе слово рих – грамматически мужского рода, а множественное от него риях грамматически женского[6]. Мужское предполагает величественность, могущество, а женское – мягкость, доброту, милосердие[7].

Наши первые взаимоотношения со Всевышний Аллахом – это поклонение:

وَمَا خَلَقْتُ الْجِنَّ وَالْإِنسَ إِلَّا لِيَعْبُدُونِ

«Я создал джиннов и людей, чтобы они поклонялись Мне» (51:56).

Поклонение – это воплощение нужды раба в противовес Абсолютному величеству Господа, стоит только представить себе саджда – земной поклон. И подобно тому, как в случае с могучими ветрами, грамматически мужской род Аллаха подразумевает Величие, помогающее нам осознать наше положение рабов перед Господом.

  1. Заключение

Проблемы феминисток с использованием местоимения «Он» в отношение Аллаха происходят из трех ошибочных представлений:

  1. Первое – убеждение в том, что «Он» в арабском имеет биологическую коннотацию, как, например, в английском.
  2. Второе – антропоморфистское представление о Боге. Любая религия, кроме Ислама, омрачена антропоморфизмом, в контексте которого использование мужского местоимения приводит к маскулинизации Бога. Исламский таухид, напротив, отстаивает неподобие Аллаха Его творениям и считает неверием приписывать Богу человеческие качества.
  3. Третье – ложное восприятие. В то время, как угол зрения гуманистов – это предъявлять требования Богу, с точки зрения ‘абда (раба Всевышнего) грамматически мужской род Аллаха нужен для того, чтобы найти мир в поклонении своему величественному Творцу.

А Всевышний знает об этом лучше.

[1] Арабские специалисты по грамматике делают похожее разделение. Один из ранних арабских лексикографов Ибн Сидах цитирует Абу Али аль-Фариси: «Женское существо – это живое существо с женским половым органом (то есть в противовес мужскому). Это женскость по своему значению. …..Есть два вида женскости: женскость по значению и женскость по слову» (Ибн Сидах, аль-Мухассас, Абваб аль-музаккар валь-муаннас). Смысловая женскость соответствует полу, а словесная соответствует грамматическому значению.

[2] Но так было не всегда. Староанглийский язык, подобно арабскому и французскому, не имел нейтрального рода. С распространением нейтрального рода использование мужских и женских местоимений для указания на вещи, не имеющие половой принадлежности, стало признаком олицетворения. Оксфордский английский словарь говорит о постепенном вживлении язык нейтрального рода в течении веков: «Сложно сказать, когда грамматический род перестал использоваться, в зависимости от диалекта везде по-разному». Затем OED приводит цитаты использования мужских местоимения для неодушевленных вещей с 13-го по 19-й век (The Compact Edition of the Oxford English Dictionary, (Oxford University Press, 1971) 1.1269).

[3] Уильям Вордсворт, Вечерняя Прогулка. Вордсворт персонифицирует Довольство и Нетерпение, употребляя в отношении них местоимение «ее», в русском языке этот эффект частично теряется, остаются лишь заглавные буквы.

[4] Абдуль-Хаким Мурад описывает это в одной из своих статей.

[5] «Существительные по умолчанию мужского рода, а их женский род – производный» (Ибн Сида, аль-Mухассас, Абвабаль-музаккар валь-муаннас).

[6] Множественное число немыслящих объектов в арабском языке имеет форму грамматически женского рода.

[7] Ибн Касир приводит цепочку передатчиков Ибн Аби Хатима, доходящую до сподвижника Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, Абдуллы Ибн Умара, который сказал: «Есть восемь видов ветров: четыре из них – это милость, и четыре – наказание. Ветра милости – это нашират, мубашарит, мурсалят и зарият. Ветра наказания – это акым, сарсар (эти два на суше), асиф и касиф (эти два на море)». Ибн Касир, Тафсир ибн Касир, Тафсир Корана, 30:51) Все эти названия – прилагательные из Корана для разных видов ветров. Названия ветров милости — все в форме женского множественного, а ветра наказания — все в мужском единственном.

Похожие материалы